Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
00:13 

Нейроалхимия.

C11H14N2
15


кивают и говорят да! кивают и говорят да! кивают и говорят да!
резиновый утёнок


лаская пространство вокруг с частотой семь герц, я, столбик-радуга, внезапно стал ощущать откуда-то снизу тёплые, разматывающиеся творожные дуновения, похожие на лебединые крылья. со всех сторон меня окружила пуховая искристая нега. моё внимание затягивало ровным мощным потоком в высь. верхняя часть моего существа медленно сливалась с этим потоком, потом он вновь оттекал в безмерную вышину. я пребывал в целительном забвении, выстраивая симметрию в узоре крошечных молний в той части моего существа, что была в этом потоке. чуть позади центра подергивался жаркий желто-масленый диск. минуту спустя я открыл глаза, протянул ноги и окинул взором комнату. ковыляя на затекших от долгого сидения ногах до стола, где был стакан с водой, я встретился взглядом с пластиковым Ганешей, стоящим на мониторе...
ясное утро омрачается первой сигаретой. критический гедонизм ворует счастье будущего, лишает ностальгии. моя йога прочищает магистрали, на которых вот-вот начнется бешеный бег. медитация дефрагментирует паранойю, неизбежное следствие высоких скоростей. душ, карри и вокальные упражнения под Infected Mushrooms. Патанджали спросонья плавно переходит в шаманский танец и солнце из окна. включаю laptop. сканирую слепки с чужих наполовину выдуманных судеб, проглядывая тоннели реальности через призму самовыражения. иногда улыбаюсь, иногда перескакиваю нетерпеливо. в браузере мелькают страницы о Линче, нейродинамике, этноботанике. переплетаюсь со всей этой нимформацией в онлайн режиме. внезапно продирает мороз. возможно от авитаминоза, а может это резонансы тонких вибраций, такие же, как тогда, когда добираешься до кульминации. это весна.
я выпью эту весну до дна. я возьму у нее все, до чего дотянусь. как шарик желтый раздуюсь на майском солнышке, как осьминог вытянусь и расправлю все складочки с зелеными листочками вместе. напьюсь березового соку, талого снега, первых желтых цветов, запахов асфальта, чугуна. звуками ручьев, синью реки и неба над ней откормлю душу, поистаскавшуюся за год без числа, за прошлый год размером с жизнь.
роняя утреннее свободомыслие на клавиши, попадаю на нечто уникальное: некто skyfarmer проникает за подкладку моей души.

"
стоит только предикат поставить на место субъекта, таким образом сделать субъект объектом, то мы получим голую, чистую истину!

как all your base
как будешь думать, так у тебя все и будет
как будто matter of life or what
как будто желтая цистерна с квасом раздулась на жаре и лопнула
как будто из рендеренного на компьютере рождественского мультфильма
как будто кто-то придумывает для каждого сна целую проработанную вселенную
как будто не было всех этих лет!
как будто первый раз
как будто тонкий слой ртути
как будто ты должен был что-то найти на улице
как будто ты ебёшь мозг другому человеку
как будто кучу разных районов мелко порезали и перемещали
как бы если не забивать и делать все вовремя, то проблем не будет
как бы завтра уже третье
как бы мне ресетнуть аудиоскробблер?
как бы не факт что все быстро происходит всегда
как бы четыре департамента мироздания
как в имаджреди задавать прозрачный цвет?
как в клипе на Windowlicker?
как в книжке
как в песне пелось
как в прошлый раз +)
как в southparkе, когда там молча открывают рот
как ваше имя капрал - Шефферд! - ХУЕФЕРД?!
как восмидесятилетний копирайт
как всегда всё прошло мимо меня *(
как выглядит информация поступающая во сне?
как выглядит сама реальность, пока вообще никто не знает?
как выяснилось, я просто придумал слегка измененный принцип толерантности
как гильдия discordia убивает самого толстого монстра ВОВ
как Гордона Фримена!
как далеко :(
как дети малые
как до них сразу не доходит что нужно сразу отсылать к главнокомандующему
как добрались? быстро? а Леночка? в порядке? крейсер не поврежден, я надеюсь?
как дождь из жаб
как дрова
как ее зовут, я узнал несколько лет назад
как если бы я не знал азов этого всего
как же жжот как же меня бесит то, что я забываю сны
как же мне жаль что я начал заниматься физкультурой только в ближайшем будущем

как жить дальше с ощущением ежедневного метафизического ужаса?

как звали того мужика, который с островом?
как зовут третьего из вашей банды?
как избавиться от засыпания днем? а то я заебался
как кровеносная система
как легко распознать циклопа?
как можно было ухитриться вырезать именно этот кадр
как можно жать на пробел мизинцем?

как можно заниматься постмодернизмом, если постмодернизм умер еще до нашего рождения?

как можно играть по мануалу?
как можно объяснить шутку, которой нет?
как можно проводить инфраструктуру, не пересекая линии?
как можно спрашивать "эти шутки настоящие?" если речь о 4D-юморе
как называется клип с поющей пирамидой?
как narcomancer
как она относится к Уорхоллу?
как они с этим работают вообще?
как оно может быть тайным?
как остатки бензина извлечь? если кипятить, теряется полезный продукт
как сбросить документы?
как сказал один чувак в ролике: "OH MY GOD OH MY GOD OH MY GOD OH MY GOD OH MY GOD "
как сказали в ru.drugs: "держать будет всю оставшуюся жизнь"
как столб энергии из головы
как та история со снарком
как там полностью выглядел диалог про "тусиби чувак, тусиби"?
как твое ничего?™
как тебе проведённые со мной вечер-ночь-утро?
как тебе шт-й-шкаф?
как то аниме называлось, которое полная противоположность чобитов?
как только система станет стабильной, всё моментально испарится

как только я пытался подняться на ноги, меня кружило, и я падал на кровать

как трэды развернуть?
как ты можешь говорить такое! ты же этик!
как ты это сделал?
как у Гиллиама в "Граале"
как у Гитлера
как уберечься от соблазнов мира сего (тема подростков)
как человек и пароход
как убить эту дрянь в доспехах?
как я мог это сказать?
как я хотел бы, как я хотел бы быть внутренним монголом, но вряд ли уже когда-нибудь

"
friend successfully added. день начинает разворачиваться. времени 11:23. пора. не нахожу ремня, подпоясываюсь мышкой. неужели синдром Серёжи Сыроежкина? денег по карманам рублей пятнадцать. достаю из шкафа коллекцию юбилейных монет. всего около пятидесяти рублей. уже хоть что-то. утро заливает птичьим пением. возле трамплина, где мы договорились, я вижу отдельностоящую инопланетянку, похожую на персонажа ненарисованной ещё манги. по мимолётным, едва уловимым признаком я безошибочно узнаю в ней представителя шестой расы. она достаёт сигарету, я протягиваю ей зажженную спичку. в её глазах нет ни намёка на улыбку.
- Зеркало, ты похож на мексиканца.
- а ты на прототип персонажа комиксов!
по моей шее бегут мурашки. на её щеках проявляются чуть заметные ямочки, солнце бликует на черных, как тьма волосах. меня словно обдувает тёплым ветром. из её наушников сыплется Aphex Twin.
с набережной мы спускаемся к рощице внизу, Андроид достаёт из сумки причудливое стеклянное устройство, похожее на миниатюрный гавот и насыпает в него мелкую сушёную травку.
- откуда у тебя этот инвентарь?
- знакомый аспирант химик выдувает. нравится?
надо признать, что аэродинамические свойства девайса на высоте. солнышко ласкает нашу кожу, синее небо гладит ветерком. я поднимаю голову, и вижу, как по небу медленно плывут облака.
- скажи, Андроид, где ты так стрижёшься? неужели сама?
- тебе не нравится?
- очень нравится. просто никак не могу найти себе парикмахера, поэтому полгода уже никак не стригусь. до недавнего времени мне было совершенно по фигу на это, но на военке так тупо приходилось стричься, что пришлось её бросить
- есть такой мастер. дома у него нет ни одного зеркала. ты приходишь к нему стричься. он заваривает чай и с полчаса общается с тобой на различные околокосмические темы, а потом стрижёт, не спрашивая, как ты хочешь. он просто видит, как будет лучше, так и делает. ну как?
я смотрю ей прямо в глаза, но она быстро отводит их, будто ей неприятно.
- не надо на меня смотреть! – тихо, но уверенно произносит она.
- почему ты так редко улыбаешься?
- когда тебе радостно, ты смеёшься?
- смеюсь!
- а я нет!
я обнимаю её за плечи, меня пробивает электроток. Андроид медленно поворачивается ко мне. наши головы сближаются и мир вокруг исчезает, как будто его накрыли одеялом. мы отправляемся гулять по прекрасным старинным улицам NN. лаская друг дружку взглядами, лакомим прикосновениями, мы погружаемся друг в друга рассказами о том, что было до. тополиная икра и скрип рекламных щитов.
на Драме знакомимся с эталонными растаманами, недавно приехавшими из Кирова. спускаемся в прохладный подвальчик, где по символическим ценам разливают молодое кубанское вино и раскуриваем трубку мира, запивая чуть розоватым Шардене. знакомый бармен ставит по моей просьбе шедевр Mimetic и я двадцать третий раз счастлив. я беру Андроида за руку. у неё ледяные пальцы. обменявшись едва заметными для посторонних взглядами, мы оставляем растафарай и этот импровизированный Нижегородский coffe shop.
В самом сердце NN, где казалось бы невозможно найти уединения, приютился небольшой парк, связанный с именем великого русского изобретателя. в нём есть поистине удивительные места, где даже не слышно суеты автомобилей да и люди сюда заглядывают редко. одно из таких мест – заросший зелёной травой бетонный круг метров 30 в поперечнике, оставшийся от разобранной ещё лет десять назад карусели "Сюрприз", самой головокружительной и быстрой карусели в СССР. помню, что крутилась она конечно же по солнышку. этот поросший мягкой травой космодром был надёжно укрыт от случайных глаз за киноцентром в северной части парка. он больше чем на метр поднимался над потрескавшимся сероватым асфальтом, сквозь который пробивались упорные одуванчики. когда ты сидел в центре круга, то тебя было видно даже тем единичным путешественником, которые всё же ненароком забредали сюда, сам же ты видел всё и вся. мне это место показала единственная Наташа, вынырнувшая в мой мир из сети. это было её место силы, на котором она шепталась со звёздами и древними спутниками.
именно туда мы и идём сейчас. запрыгнув, я протягиваю ей краба и поднимаю её к себе. обнявшись, близко прижавшись друг к другу, мы падаем на тонкую мягкую траву и наши волосы переплетаются.
- ты хоть раз терял сознание от оргазма? - спрашивает она
- я сейчас наверно потеряю сознание от твоих губ! – Андроид высовывает язык, посредине него блестит шарик с чёрно-белым квадратиком инь-ян. смеётся, дразнит меня. на экране полупрозрачных век переливаются калейдоскопы от чёрного через зеленый в розово-фиолетовый и синий. тело раскрашено неиспытанной дрожью и на грани озноба. я схожу с ума. инопланетянка, кто ты для меня? как же ты хороша. что в твоей едва заметной улыбке? мурлыканье о звездном гнёздышке вселенной, проснувшийся евразийский дух кошачьего братства? ветер шевелит тени, звезда устремляется в надир, чёрное небо гонгом. наша кожа медленно остывает

@темы: part 15, neuroalchemy

00:52 

Нейроалхимия.

C11H14N2
14


святочные представления для лебедей о природе добра и зла


я экономлю километры нервов, ограничивая временную перспективу часов до двух-трёх, дальше приоритет падает значительно. защищаю себя экраном искренности взаймы у чувства юмора. радужная прана течёт по земляничным полянам, скрытым среди толщи исхоженных тропок где-то в таламокортикальной системе. власти выставили таможню на внутренний мир, пришлось стать контрабандистом духа. внутренний мир требует мультимедийного продолжения, буду вплетаться.
после месяца работы кладовщиком на битумном складе, где большую часть времени я проводил за шаманскими практиками тенсегрити и чтением Альбера Камю, а в перерывах грузил битум и рубероид я просветлился как медный таз. получив первую получку, я навсегда простился с пропахшим нефтью складом и отправился в Москву.
Икое знал Рэйна ещё во времена, когда тот жил в Нижнем и возил из Одессы чемоданы кетамина для внутреннего пользования. лет в двадцать он перебрался в Москву, где и живёт до сих пор, подготавливая общественное сознание к неизбежному анархическому рэйву. Иван во многих отношениях уникальный человек. он гений. не смотря на то, что он даже не доучился в школе, его знания во многих областях человеческой науки и культуры просто феноменальны. всё дело в том, что он очень быстро и качественно умеет обрабатывать информацию.
доехав до столицы в зелёном дыму, мы с огромным пакетом травы добираемся до коммуны "жёлтая подводная лодка", метро Аэропорт.
- приветствую! заходите, товарищи.
по квартире плавают нити индийских благовоний. наконец-то мы доехали. чувствую себя по этому поводу прекрасно.
- ты, Иван, как я гляжу, неплохо зажарился. давно вернулся?
- две недели. наконец-то нормально поездил по стране. очень повезло с проводником.
в это время Икое плотненько забивает каннабисом большую ванину трубку. через такую можно курить и табак. после пары-тройки затяжек я растекаюсь по дивану. на потолке вместо люстры подвешен радужный зонт. на стене между вытканным на шёлке Ганешей и уорхолловской Мэрилин Монро мне подмигивает с плаката робот Бендер. из расположенных вдоль всей комнаты динамиков пощёлкивает Pan Sonic.
- Иколки, посмотри, это мои товарищи-диггеры видео наснимали.
на высоте метров двадцати от земли над вытяжной шахтой на лопастях винта лежат люди. винт медленно крутится, они смеются отталкиваются ногами от стен. в одном из них узнаю Ивана. новый кадр: те же персонажи прыгают с бетонной консоли, привязав к ногам резинку.
- на этом же заводе в подвале нашли коробку эфедрина!
- как мило!
- слушай, Рэйн, а ты что вечером делать собираешься? не хочешь выбраться на breakcore?
- можно посмотреть, - его пальцы с оглушительным треском падают на клавиши. я такого нигде больше не видел.
- так, сегодня в ИКРУ действительно стоит сходить. похоже будет классно, японцы приезжают. эх ты, класс. тоже, наверно, пойду.
- отлично
трубка делает ещё пару кругов, мне становится тяжело сидеть и я опять растекаюсь. грохотание пластмассовых клавиш прерывается лишь на паузы между мыслями. я уже не могу курить, но слышу, как чиркает зажигалка. спустя полчаса ритм клавиш немного замедляется. похоже Иван накурился.
ближе к вечеру начинаем оживать. за кухонным столом, подпаленным кислотами, пьём вкусный крепкий чай. Алёна, ванина половинка освещает нас улыбками.
- Алёна как тебе Индия? по ашрамам небось разъезжали? есть что вспомнить?
- да, нам делали аюрведический массаж с маслами. это что-то незабываемое. от макушки до пяток
- что, даже веки?
- и не только) я под конец вообще билась в оргазмах. всё это проходило часа три. интересно, что же они там с Ваней там делали?.

выхожу на балкон курить. Останкинская башня шпилит небо. будущее рвется через меня в воплощение. не дает продоху. свободной минуты не найти, бурлят альтернативные потоки, жадно спорят за меня. покурив ещё марихуаны, мы потихонечку собираемся в ИКРУ. выпиваем на дорожку миллиграммов по 8 СТП и выходим в ночь. московское метро – это аорта. пересадка на Белорусской на кольцо и вот мы уже приехали. глаза почти не фокусируются.
вместе с билетом мне дают какую-то картонку, обещающую бесплатный drink. проходим внутрь. быстрое ломаное уникальное звуковскрывание раскалывает оставшиеся крупные осколки эго. вокруг огромное количество разнообразнейших фриков, все как на подбор. иду к бару
- скажите, какие у вас есть фруктовые соки?
стюард протягивает меню. для меня это просто пятно. никаких букв я не различаю.
- не могли бы вы мне СКАЗАТЬ. я плохо вижу.
- в принципе все, кроме экзотических
- дайте грейпфрутовый
brekcore – это смешение культур. по форме и по сути. переработка материала цивилизации. в океане ломаного бита под двести ударов в минуту под девизом стробоскопа и танцем внутренних катализаторов возникает атмосфера мистерии. с экрана над сценой в чёрно-красных гамме свирепо свисает Молотов. на соседнем в бензиновых переливах запутался в гитаре Кобэйн. рядом на ещё одном в бело-радужных фракталах плавает слово "ЕВРАЗИЯ"
- Гондвана! – ору я, да так, что стоящие рядом фрики оглядываются, несмотря на децибелы.
выхожу в уборную умыться. на мужской и женский одна раковина посередине.
- Энди Уорхолл сказал, что искусство – это то что сходит нам с рук, - кричу вслед контуженой не меньше моего девице.
возвращаюсь наверх. ночь в разгаре, все в исступлении. я совершенно не глядя по сторонам ввинчиваюсь в толпу, в режиме берсеркера.
- скальпель мне! - срываю глотку. наступаю на чьи ноги. кто-то с размаху попадает мне локтем в горло. никакой агрессии, кроме АГРЕССИИ. я выбираюсь из этой мясорубки наружу и прогибаюсь мостиком. очень хочется пить. вспоминаю про карточку и подхожу к бару. на ней написано: "хочу дружить! оставьте свои контакты и можете обрести друга". пишу "жж zerkalolakrez" и протягиваю её бармену.
- если кому-то действительно надо меня найти, то этого вполне достаточно!
он смотрит на мои каракули и говорит:
- вы не указали фамилию-имя-отчество и адрес.
я разворачиваюсь и отхожу от бара. ищу глазами Рэйна.
- тебе дали такую карточку?
- нет, это наверно для иногородних только.
- слушай, возможно у меня паранойя, но по-моему это какая-то замануха. кому нужна эта акция? для кого она? на разных вечеринках люди, прельстясь халявой, заполняют эти анкеты. а ведь они идеальны для хранения. эти сканированные карты вносятся в базы данных и эти базы сохраняются. ты фактически сам сдаёшься не пойми кому, со своими мобильными, аськами, блогами, - говорю я и рву чёртову картонку.
- ну не знаю, возможно ты и прав, и возможно что и нет. истина, скорее всего, посередине. но в ближайшие лет 10-15 вряд ли что-то радикально измениться. даже и не знаю, с какой территории начнётся коренное освобождение
- может с Китая?
- возможно
я люблю свою страну, несмотря на всё её безрассудство, грязь и слепую ярость машины подавления. но русское счастье в том, что можно искренне любить Родину и без всякого зазрения совести нарушать её законы. у меня есть один закон – моя совесть. моя жизнь дана мне не государством, и я буду распоряжаться ей по своему усмотрению. я не подписывался под законами. спускаюсь в чил. Икое разлёгся на подушках, утопая в предрассветном облачном айдиэме.
- будешь бутират? – спрашивает он меня
- да, я думаю мне сейчас не повредит
он достаёт из своего оранжевого рюкзака флакон из-под глазных капель и выливает в стакан бесцветную слегка маслянистую жидкость.
выпиваю, не поморщившись. экспрессия постепенно спадает, оставляя меня наедине с собой. я смотрю на этот мир вокруг, этот разный жестокий прекраснейший мир. как мало можно в нём изменить.
старательность - это единственный действенный инструмент, последнее весло, способное выгрести из водоворота предопределённости. порой кажется, что все идет так как надо, но принимая дары с благоговением, мы не спасаем себя от трудностей, возможных в грядущем. жизненность обладает ограниченным ресурсом. молодость не вечна, будет и старость, не дающая ничего, кроме слабости и разочарований. правда это всего лишь одна сторона медали, ведь собственные заслуги навсегда остаются при нас. каждому воздается по его делам. проверено собственными шрамами. но ведь жизнь одна, рискуешь догадаться слишком поздно, когда силы уйдут в песок. искупление возможно всегда, правда цена его порой может казаться завышенной. но как годы бессмысленных прозябаний, а может и прожиганий бесценного дара вместить в оставшееся нам, умудренным, пару мгновений, имеющихся в нашем распоряжений? молча, откинув ожидания, впредь безупречно слушать свое сердце, невзирая ни на страх, ни на боль, ни на горечь. но не стоит обольщаться, ведь зная, нельзя, кажется, по-иному быть-то? а вот и нет. я же всегда так и делал. я же всегда знал!
сознание эксплуатирует тело, Бафомет! верните свободу телам! возвратитесь к истокам. вспомните то, что было присуще вам с тех пор как вы были амёбой!
ничего страшного, просто утреннее обострение чувств. подходят Ваня с Алёной.
- мы собираемся уже, поехали?
- да, можно.
не спеша одеваемся, выбираемся в молочное утро. мы не принадлежим этому миру мы здесь проездом. да и то ненадолго. выполняем своё задание и улетаем обратно.
- ты не задумывался, Зеркало, над выражением "штырит"? задумывался? а теперь представь что такое этот самый штырь!
- смешно. "мы торчим на всём!". представляешь всё, и сверху мы такие на этом висим!
- ага! знаешь какова эволюционная роль человека?
- ну-ка, поведай мне, бодхисатва!
- гляди: под солнышком растёт трава, коровки едят её, волки едят коровок, потом умирают и становятся травой. всё очень гармонично. а человек со всеми его загрязнениями, отравлениями океана, вырубкой лесов, возник для того, чтобы выкачать всю нефть!
- да-да, вечность пахнет нефтью. слышал новость, Иван: франкмасоны изловили Симона Посфорда, вылечили от наркомании и заставили написать гимн Евросоюза!
- это что ещё за бред?!
сны в акварели, черные тени. сигаретный дым растекается внутри и снаружи. город гудит мягко мягко – ночь смягчила звуки. светлое время суток. и так из-за одной звезды

@темы: part 14, neuroalchemy

01:15 

C11H14N2
13


радио дуплекс в прямом эфире


эта осень не проговариваемых, непроизносимых имён, осень больших надежд, магических снов и разноцветных фенэтиламинов. обогащённый серотонином мозг как губка впитывает космологию многомерного мира: малахитовая шкатулка Алисы, серебряные перья Айанами Рэй, древний многомерный спутник Земли сплетаются внутри черепной коробки.
я заехал к Икое, растолкал его сонное тело. мы выпиваем по чашке чая, подправленного ТМА-2 и отправляемся в лес. листья уже совсем опали и побурели, но под голыми деревьями зеленеют антенны хвоща. на фоне голубого неба берёзы напоминают морковь. соло эфирной пихты из ингалятора и фуги берёзового ветра. тело стекает по черно-белому стволу вниз к земле, я устремляюсь к пронзительно голубому небу. Икое ложится под соседним деревом. неподвижное небо рвётся тонкими веточками, начинает ходить ходуном. я закрываю глаза, загипнотизированный этой длинной безостановочной колыбельной, которую жизнь поёт сама себе. осень. неизбежность. я перекатываюсь на бок и слышу хруст ингалятора. тонкое стекло не выдерживает. триметиламфетамин изменяет тотально. меня увлекает танец леса.
- друг, видишь хвощ? это ведь не трава. это вечнозелёное растение. его лоси едят.
- лоси?
- ну да, вырывают из под снега и грызут, - сам пробую его на вкус. похоже на ёлку, только чуть менее смолистый
- Икое, я хочу СНЮХАТЬ ЛОСЯ
- что сделать? снюхать лося? да где ты его найдёшь?
- я знаю, тут неподалёку есть один
- где?
- недалеко, минут пятнадцать идти. я пошёл
- слушай, Зеркало, ты в своём уме?
- все мы в одном уме, кто-то больше, кто-то меньше, пойдём!
- ты серьёзно?
- да куда уж более серьёзно!
мы бодрым шагом идём через лес. берёзки уступают место соснам. через время приходим на берег небольшого озерка. по поверхности воды плавают тонкие прозрачные льдинки. я снимаю одежду и с разбегу ныряю в водоём.
- ааааа! лютый!
- кто, лось?
- да!
адреналиновые приходы рулят! меня мгновенно вбивает в тело. чувствую себя полностью слившимся с миром. с этим морозным воздухом, деревьями, сосновыми иголками. пробежавшись немного по лесу, быстро одеваюсь. уже укутанный во все одёжки, я чувствую, как немеют пальцы. не чувствую холода, но так не хочется двигаться.
- Икое, я замерзаю, пойдем быстрее отсюда!
- а чего ты хотел, когда в воду прыгал?? согреться?
- смотри какое солнце: такое только осенью бывает, - на чёрном почти небе низко-низко оранжевое солнце. - это оптический эффект атмосферы!
- да ты ебанись! это ЛУНА!
- а, и вправду. подмена!
едва живые добираемся до Икоевского дома. комната под пирамидальной крышей. огромное количество живого теплого дерева, желто-зеленая иллюминация. вокруг совершенный хаос: множество подушек, пледов, огромное количество разбросанных книг и спасительный Celtic Cross орошает моё уставшее сознание. я заворачиваюсь в три одеяла и постепенно начинаю оттаивать. Икое приносит мне чашку тёплого топлёного молока. мы закуриваем заранее припасённую пяточку.

ТМА-2 уникален для меня тем, что в нём я могу общаться с живыми и мёртвыми. достаточно ICQ, чтобы почувствовать собеседника, как будто он здесь рядом с тобой. Икое куда-то вышел, и я, уже абсолютно блаженный проваливаюсь в шарообразности и свет. пролетающие сквозь тепло-желтый воздух фотоны фиксируются поодиночке, тонкие лучики прослеживаются от самой лампочки. сознание заливают зигзагообразные сточенные мысли и меандры образов, окружает со всех сторон. постепенно обезличиваюсь до размеров воспринимаемого мира, отделяюсь от тела. музыка – мой проводник, заодно и топливо. вплетаюсь в тёплый рисунок пледа. сейчас я tabula rasa, можно лепить всё что угодно. во внимание вплывает образ Иисуса Христа. из колонок звучит какой-то уж очень подоночий 8bit-break, что никак не вяжется c Иисусом, какая-то мерзость. я вижу фанатов-пуритан, в очочках и белых рубашечках. они готовы сжечь весь мир за Мессию, разорвать на клочки, с пеной у рта. их миллионы, один к одному похожих друг на друга. они становятся всё меньше и меньше, постепенно превращаясь в атомы, пылинки у полы идущего по пустыне Спасителя. он настолько огромен, что наша планета – крохотная точка по сравнению с Ним. я не могу оторвать взор от его хитона, у меня закладывает уши.
внезапно музыка обрывается и я попадаю в чёрное безмерное ничто. в этой ничтойности присутствует сине-зеленый переливающийся клубок. это нечто живое, лёгкое, нечто юное. в моём сознании появляется информация. это похоже на телепатию. существо передо мной – дух вселенской интеграции. я вижу его, раскрываюсь на встречу и впускаю его в свое тело.

выхожу на улицу. луна больше не кажется блином, она как есть – шар, планетоид, висит надо мной. я чувствую бесконечный мир сверху и снизу, со всеми галактиками и атомами внутри меня. сенсорные каналы слегка диссоциированы, отклонены под малым углом, что только больше погружает в реальность. между зрением, осязанием и памятью раскрылась щель, и в этой щели я чувствую уже не глазами, а чем-то другим, стену дома, стоящего напротив. это неописуемо. я понимаю, что даже когда я умру, он будет стоять. объективная реальность существует. мой самый страшный солипсический кошмар – что существует лишь моё сознание и блики на нём, наконец-то отпал. я наконец-то нашёл своё место в этом мире.

мы создаём виртуальные миры, которые зачастую отдаляют нас от реальности. верим в сказки священнослужителей и отцов науки. люди погрязли в символьных системах. не помня изначального предназначения, выискиваем связи в глубине, теряем из внимания их изначальные аспекты и погрязаем в шизофреничной каббале мусорных данных. использовать накопленные символьные калейдоскопы, совмещая и взаимообогащая их, обретать качественные синергетические способы коммуникации и представления данных, недоступные на этапах этнической изоляции, аминь!

возвращаюсь обратно в дом. Икое сидит за терминалом, сканирует сеть. я беру клавиатуру и набираю в поиске google "бог". первая ссылка – что-то про Эйнштейна, кликаю по второй. "многие ищут бога совсем не там, где нужно. а ведь бог внутри каждого из нас". открываю окошко mIRC и печатаю:
[02:09] я зеркало
[02:09] я познал бога
[02:09] бог есть я

@темы: neuroalchemy, part 13

20:22 

Нейроалхимия.

C11H14N2
12


нельзя критиковать человека за то, что он безупречно делает лучшее из того, что может
Кастанеда


помню, какие мистические чувства вызывала у меня в детстве пластинка "Алиса в стране чудес". выкатив от удивления глаза, я падал вместе с ней в бездонную кроличью нору. наверно с тех самых пор во мне появилось какое-то таинственное отношение к грибам. в России грибы издавна любили и знали о странных свойствах маленьких копьевидных луговых грибов. "у нас в Рязани есть грибы с глазами. их едят, а они глядят". подобные грибы растут на влажных низменных пастбищах, неподалёку от человеческого жилья. вокруг кочек осоки в траве можно разглядеть 3-4 сантиметровые коричневые грибки. эти существа настолько таинственные, настолько невообразимо их действие, что вокруг них складывается множество легенд и даже культов. в Мексике, например, индейцы считали гриб священным и использовали в религиозных церемониях. в середине ХХ века знание о их необычных свойствах стало возвращаться в западную науку, возрождая древние традиции.
в мозге человека на протяжении всей жизни присутствует такое вещество как ДМТ – диметилтриптамин. это очень важное вещество. у детей до четырёх лет его содержание особенно велико. было замечено, что если человека поместить в светонепроницаемое помещение, то через несколько суток у него начнутся видения и прочие состояния. это связанно именно с увеличением содержания ДМТ. этот триптамин как оказалось, регулирует плотность потока восприятия, задаёт рамки сознания. химическая формула псилоцибина 4-HO-ДМТ, но вот содержание его в грибе в сотни тысяч раз больше, чем ДМТ в человеке.
грибы - это одна из самых древних форм жизни. они не относятся ни растениям, ни к животным. их клетки, как и панцири насекомых, покрыты хитином – самым прочным органическим веществом. под поверхностью земли разрастаются тонкие нити грибницы, связывающие в одну сеть сотни тысяч плодовых тел. можно сказать что все грибы на поле – проявления одного существа, одной грибницы. если две такие грибницы встретятся, они сольются. грибы являются воплощением идеи сотрудничества, симбиоза. отдавая растениям воду, они забирают у них сахара. такое ощущение, что они постигли гармонию гораздо глубже, чем многие другие виды, и хотят показать её всем нам: травам, людям, галактикам.

поляна, где мы собираем грибы находится примерно посередине между городами Z и NN. я встаю в полседьмого утра, прыгаю в электричку и через 40 минут уже на поле. перед самой долиной, где течёт извилистая речка, замечаю зелёную автобусную остановку. что она делает посреди соснового леса – не совсем понятно. на ней белой краской написано "здесь пряталась от правды Маша Антонова".
про эту место знает огромное количество людей. мы часто встречались здесь с Кволифостой, Лёшей и многими другими знакомыми без всяких предварительных договоров. первые 20-30 минут сколько ни смотри – ничего не найдешь: поле привыкает к тебе. грибы как бы решают, стоит ли показываться, изучают тебя. выражение "собирать грибы" проявляется ещё в одном смысле: ты протягиваешь руку к кочке и своим вниманием локализуешь это квантовое образование в материальный гриб, собираешь, контрастируешь.
руки мерзнут от холодной росы. часам к 11 между кочками рыщет человек под двадцать разных совершенно людей. у многих ботинки обвязаны пластиковыми пакетами. фиолетовый песок налипает на кеды. через полчаса солнце уже высушит их. возвращаясь к платформе, захожу в магазин. обычный сельский магазин, с фикусом. на горшке приклеена бумага: "на стуле не сидеть! цветок не ломать!" – представляю, что тут начнётся через пару часов, когда основная волна пойдёт с поля. но мне надо в универ: играть, сегодня второй тур шахматного турнира. у самой платформы поселковые мальчишки что-то выкладывают на рельсах. подхожу ближе
- ребята, привет. что вы делаете?
- металл плющим!
они показывают мне раскатанные поездом гвозди, напоминающие неведомые инструменты. скоро приходит моя электричка. через час я уже в универе. успеваю как раз во время. сыграв по паре партий все расходятся.
- Зеркало, привет, что собираешься делать? - спрашивает меня товарищ Чолежко, с которым я познакомился здесь пару месяцев назад.
- не знаю. я только что с охоты. собирал псилоцибиновые грибы.
- ясненько. покажи, как они хоть выглядят!
я достаю пакет, в котором томится около трёх сотен инопланетных красавцев.
- классно, давно хотел узнать, что же это такое.
- ты не в курсе?
- ну я читал, конечно, про них. очень любопытные истории. я знаю одно место за городом, недалеко. там озеро, людей практически нет, поля, леса, заброшенные деревни. давай Крематора возьмём, у тебя ведь хватит на него? ты не против?
я не против. Крематор представляет из себя копилку парадоксов. он любит портвейн, слушает Burzum и обожает Керуака. мы садимся в Чолежкину девятку и выезжаем в направлении намеченной цели. к этому моменту уже практически стемнело. мы несёмся на девятке километров под 120. на одном из поворотов неожиданно выскакивает черная "Audi" и нас спасает лишь чудо. ещё бы секунда и всех бы нас настигла мгновенная смерть. через 20 минут всё же благополучно добираемся до места.

перед тем, как приступить к поеданию грибов, мы идём в лес и приносим топливо для костра. я отдаю себе отчёт, что в течение ночи мы этим заниматься не будем. разжигаем костёр. ни луны, ни звёзд не видно. небольшой пруд чернеет чуть поодаль. Чолежко включает Tiamat.
- ребята, мне для вас грибов не жалко, не подумайте. но так как вы едите их в первый раз, то я бы не советовал есть больше 35 штук.
- а сам-то ты сколько собираешься?
- видишь ли, Крематор, я пока ещё не решил. в последний раз я съел около 150, и квартира превратилась в аквариум: твёрдые предметы стали мягкими, а воздух наоборот загустел. я передвигался брассом, плавал. было ощущение, что стоит лишь попробовать, и можно занырнуть на пару этажей вниз.
- ты что, чокнутый? к чему такие эксперименты?
- мне не даёт покоя один пост на behigh.org, где одна фройляйн писала, как съела 200 грибов и её комната превратилась в нечто среднее между энергией, лесом и храмом.
- так сколько именно ты решил?
- возьмите, сколько вам требуется, а я съем остальных.
- а много у тебя в пакете?
- триста или около того
- а тебе плохо не станет?
- всё в руках Аллаха, но думаю, что выживу.
пережевать такую уйму грибов само по себе не просто. сначала вкус почти не чувствуется, но под конец я еле могу решиться доесть оставшуюся горсточку. Чолежко докладывает хворост в огонь. я отхожу чуть дальше и начинаю вращиваться в этот лес, примыкать к нему. ноги уже не выдерживают, не могу стоять. кое-как добираюсь до машины и ложусь на заднее сиденье. что с открытыми, что с закрытыми глазами, картина практически не меняется: разноцветные многогранники, состоящие из подобных многогранников и так до бесконечности. и в каждом из них разворачивается самостоятельное действо, свой сюжет. это уже не образное мышление, это прямое подключение. теряю всякую связь с какой бы то ни было описательной системой, растворяюсь. мощность чрезвычайно велика. я начинаю не выдерживать силы потока. меня вбивает обратно в тело. я размыкаю веки и встаю. на ногах могу удержаться с трудом. такое ощущение, что я отравился. в грибах содержится мицин, он токсичен, но его содержание не велико и как правило незаметно. но я так как съел целую гору грибов, чувствую себя при смерти. я отхожу от машины в лес и падаю в листву под берёзой. такое ощущение, что я полностью погрузился в листья. "отче наш, сущий на небесах, да святится имя твоё..," - я не знаю, что делать, начинаю молиться всем известным богам, обнимаю берёзу. но самое удивительное, что хватает сил понять всю нелепость и безрассудство, которые привели меня в это состояние. что я, трава у дороги? неужели моя судьба настолько неважна для тебя? грибы, мне на сегодня хватит! моё тело выгибается дугой. меня сотрясает приступ кашля, затем меня выташнивает, только не содержимым желудка, а эфиром. судорожная агония переходит в чистое дыхание нового воплощения. сразу становится заметно лучше. по крайней мере я не при смерти.
ко мне возвращается подобие здравого смысла, ну или хотя бы какой-то намёк на него. видимое пространство представляет сине-зелёный бархат, темноты нет, все деревья подсвечены. такое ощущение, что они являются частью меня, частью моего ландшафта. отправляюсь на поиски своих товарищей. нахожу их обоих между машиной и потухшим костром. рядом с которым лежит нетронутая куча хвороста. удивительно, что несмотря на то, что они съели намного меньше, адекватности у них, как мне показалось не больше моего.
- всё это субъективно!.. о, боже мой, до чего же ты докатился! истина!.. дерьмо, объективность!.. видела бы тебя мама!! хи-хи!! – похоже что словарный запас Крематора ограничивается этим набором слов, он постоянно произносит эту фразу. Чолежко сидит рядом с ним и слушает, время от времени пытаясь спорить. спорить не о чем, Крематор невменяем, это стало очень быстро понятно. вытащить Чолежку из цепких лап абсурда оказывается не так просто.
- слушай, юноша, а ты говорил, что это какие-то знакомые тебе места, не так ли?
- да, есть маленько, тут неподалёку деревня бабушки, я тут летом часто бывал.
- не знаю, как ты, но я собираюсь эту ночку пережить. предлагаю выбираться отсюда, ты в состоянии вести машину?
- это шутка? я точно могу тебе сказать, что до утра мы отсюда никуда не поедем.
- здесь как то тревожно, не пойму от чего, может от воды какой-то психоз у меня твориться в башке, или от яблок
- яблок?
- знал бы ты, сколько я сегодня яблок съел!
- чем принципиально Иисус отличается от Христа!? – подаёт голос Крематор.
- что с ним будем делать?
- оставим в машине. как-либо себя покалечить у него толку не хватит, спички заберём.
- точно ничего он не накосячит?
- при желании, он же даже ходить не может!
мы отправляемся в путь по ночной осенней стране. пройдя рощу, поворачиваем к деревне. из десятка домов только один оказывается жилым. глушь. я срываю яблоко с одичавшей антоновки рядом с обгоревшим остовом. мы практически не разговариваем. я с трудом могу выразить свои внутренние ощущения словами. Чолежко, судя по всему, тоже. через полчаса мы выходим на асфальтовую дорогу. с левой стороны поют берёзы, справа дышит поле. за этим полем поднимаются то ли деревья, то ли какие-то соборы.
я ложусь на дорогу, закрываю глаза и вижу нашу планету. люди ходят по ней, истребляя по малейшей прихоти любое существо, отравляют её реки и моря, её жилы, ковыряются в горах. мы отвратительны! асфальт. люди закатывают поверхность планеты трупами её детей! меня наполняет чувство стыда за весь человеческий род. постепенно грусть растворяется, будто уходит в землю, оставляя после себя умиротворение и покой. я поднимаюсь и вижу, что на том месте, где только что лежал, осталось пятно черного цвета, по форме напоминающее очертания туловища. подсвечиваю телефоном – пятно исчезает. выключаю – явно есть.
- ты видишь его?
- конечно! – Чолежко пальцем обводит непонятное чернейшее пятно. он видит то же, что и я, сомнений быть не могло. постепенно на наших глазах оно тает, исчезает, растворяться в запахах мокрых лугов и шорохе леса. мы идём дальше. навстречу нам медленно на из тумана проявляется чья-то тень. это Крематор

всю следующую неделю я чувствовал себя сумасшедшим ещё больше, чем обычно. на моёй правой ладони появилось небольшое коричневое пятнышко. той ночью я вылетел из тела, а когда возвращался, то не рассчитал и вошёл в себя повёрнутым на некоторый угол. я практически без усилий играл свои социальные роли -, но мне не хватало внутренней подлинности. я слишком самоуверенно отнёсся к грибам, за что и поплатился. психоанализ, обычно неплохо помогающий разобраться с внутренними проблемами, в данном случае был бесполезен, так как в конфликте были замешаны чрезвычайно глубокие пласты бессознательного.
на Горде в этот вечер никого не было. я постелил мат посреди комнаты. вокруг него я расставил свечи и благовония, включил Баха и с молитвой залил кипятком 150 грибов


я лежу, укутанный в два одеяла посреди яйца Айн Соф. в вязком воздухе клубит бергамот. мягкий разноцветный стеарин фрактально кипит, переходит в чистый огонь. горький лимон, многомерный мёд. собака зарыта в атомах гелия рядом с мешком операторов. зубы путешествуют по рту. глаза и уши слились в один клубок. становится жарко над теменем. на мой внутренний экран падают решётки искаженных образов. из этого хаоса перепутанных нитей я складываю кристаллы, корректируя курс по единственному отсчету – гармоничности. со всех сторон меня обнимает нити многоуровневого аттрактора, взвинчивающегося серпантином, переливающегося в мимикрии к самому себе. громогласный, звонко-золотой, радужно-вездесущий, тонкий, вместе с тем мощный и всеобъемлющий глагол. бесконечность замыкается на себя когда я произношу "всё!" пузырем затухающей волны, символической точкой.
прошло около двух часов, я понимаю это по тому, что вместо Баха в моей голове и вокруг снежной бурей проносится Squarepusher. я медленно вылезаю на свет и чувствую себя собой. грибница проросла во мне. между строчек

@темы: neuroalchemy, part 12

22:09 

Нейроалхимия.

C11H14N2
11


проснулся, но не осознал этого
так был сон похож на явь


в вопросе получения знания от химических веществ выбор вещества-проводника имеет, само собой, первостепенное значение. определённые алкалоиды, активируют в мозге выброс соответствующих нейромедиаторов – внутренних химических передатчиков, которые в свою очередь определяют электрическую активность тех или иных областей мозга. но когда дело доходит до практики, порой такой взгляд на природу происходящего становится крайне затруднителен.
у каждого живого существа, у каждого вида есть дух, квинтэссенция. занимая своё место в мире, живое существо как-либо выражает своё знание, доступным для других способом. квинтэссенцией духа эвкалипта, например, является его эфирное масло. виноград выражает себя через свои плоды. в такой оптике знакомство с алкалоидом психоактивного растения порой удивляет специфичностью его мироощущения, его космоса. одним из самых необычных типов психоактивных веществ являются на мой взгляд антихолинэргики или холинолитики, тормозящие активность ацетилхолиновых рецепторов. подобные вещества применялись ведьмами для изготовления специальных мазей и эликсиров. сырьём для них являлись различные части таких растений, как atropa beladonna, mandragora officinarium, datura inoxia и hyoscyamus niger – то есть белладонны, мандрагоры, дурмана и белены. сами по себе эти растения настолько ядовиты, что их употребление может вызвать безумие и даже смерть. естественно, говорить об каком-либо удовольствии, которое приносит их применение, не приходится. эти создания требуют крайне осознанного отношения к себе и вообще непонятно, дружественны ли они к окружающему миру, или нет. симбиоз – не их дорога. всех их колючек хватит, чтобы без спроса закрепиться в этой реальности.
с дурманом судьба сводила меня несколько раз, и уроки, которые он мне преподал, я вряд ли забуду. в компании из десяти искателей приключений на свои головы, я поехал за город в Киселиху принять участие в распитии чая из датуры. у Снейка остался от бабушки деревенский дом, в котором мы сложили вещи, перед тем, как отправиться на поляну. на костре в большом котле мы заварили сушёные листья дурмана. судя по всему, из всех собравшихся я больше других представлял, с чем придётся иметь дело. шёл август, лето догорало, но земля хранила тепло. я отошёл от костра и спустился к ручью, протекавшему среди зарослей ивы и ольхи. скользкие деревянные мостки, на которых деревенские полощут бельё, чернели и блестели, как спина рыбы или гада. когда я вернулся, то все уже выпили чай, не дождавшись меня.
- Снейк, по сколько вы пили-то? – спрашиваю я
- все по-разному, я стакан
не найдя стакана, я наливаю себе кружку дымящего желтоватого резко пахнувшего отвара и медленно, обжигаясь, выпиваю его. постепенно костер начинает гореть заметно громче и резче. жар, исходящий от него становится невыносимым. во рту становится настолько сухо, что язык прилипает к нёбу. пробую пить воду, но она как будто не смачивает рот. будто между моими клетками и водой образовалась какая-то прослойка не допускающая их соединения. похоже, что во рту завелись какие-то жуки. в целом состояние мучительно.
все люди куда-то разошлись, но искать кого бы то ни было нет ни желания ни сил. стоять на одном месте ещё хуже, чем перекатываясь, подобно змее или ветру, щупальцами кроссовок зацепляться за камни, за ненадёжный грунт. я пытаюсь опять спуститься к реке, но не могу найти дорогу. если бы не сухость во рту, я бы начал орать. сбросить с себя это состояние усилием воли неимоверно тяжело. неимоверно тяжело с ним бороться. но потакать ему ещё хуже. сознание начинает рябить и схлопываться..
..вокруг серая ватная туманная мгла. уже светает, а может рассвело. что это, сон? я сплю? где это я интересно? какие-то одноэтажные дома, люди. вижу всё размытым, как будто через воду. ощупываю карманы незнакомой куртки – ни денег, ни ключей, ни документов я там не нахожу. где я и как здесь очутился ума не приложу. к счастью я замечаю Кволифосту, стоящего на углу улицы
- друг, привет, рад тебя видеть! слушай, пойдём скорее отсюда, мне не по себе!
Кволифоста молчит. он вообще никак не реагирует на мои слова. что же делать?! смотрю по сторонам и вдруг вижу Тоника, стоящего у колодца. я быстрым шагом направляюсь в его сторону. теперь-то всё точно прояснится
- Тоник, брат, пошли, там Кволифоста недалеко, только он как будто завис, - Тоник ничего не говорит, но у меня складывается ощущение, что он меня понял. я возвращаюсь к тому месту, где минуту назад стоял наш друг. но его там уже нет. пропал! оглядываюсь назад – исчез и Тоник. у меня появляется очень нехорошее чувство, чувство беды. мысли отсутствуют, как категория. память существует несколько десятков секунд, потом обнуляется. глаза не фокусируются на предметах. то и дело появляются и исчезают люди, они говорят со мной, но стоит мне отвернуться, тут же исчезают. постепенно я привыкаю к этому. весь мир похож на сахарную вату, только не сладкую, а горькую. постепенно всплывает информация, что я вчера пил датуру со Снэйком и его друзьями, где-то в пригородах NN, но где, вспомнить не могу. может в Кстово? как-то надо отсюда выбираться. деревенские улицы, по которым я иду, ничего мне не говорят. vrode бы мы приехали на электричке. значит где-то рядом станция. какими-то огородами я выхожу из деревни в поле. иду по проселочной дороге и вижу, как прямо на поле, на земле, сидят две мои подруги: Аня и Полина. мне это не кажется странным, но особого энтузиазма тоже не вызывает. я почти готов поверить в то, что они настоящие
- о, привет, что ты здесь делаешь? – спрашивает меня Анюта
- мы приехали сюда вчера ночью пить отвар дурмана. так как я сам не знаю, где остальные, вас с собой звать не буду. может подкинете денег, а то не на что до города добраться.
- конечно, возьми, - говорит она и протягивает мне банкноту.
мы прощаемся и я продолжаю своё путешествие к железнодорожной платформе. выхожу на асфальт и вижу, как из рощицы метрах в ста от меня выезжает велосипедист. когда он проезжает мимо, я спрашиваю:
- скажите, а где здесь ближайшая платформа?
- ну это смотря какая тебе нужна. прямо в пятнадцати минутах ходьбы – Рекшено; назад минут десять – будет Киселиха.
я благодарю его и прощаюсь. до меня постепенно начинает доходить, что электричка – не трамвай, и станции разделяет как минимум километров десять-пятнадцать. оборачиваюсь – велосипедиста, конечно, нет. идти в сторону, которую он мне указал, очень не хочется. я возвращаюсь назад.
как отличить продукт воображения от реального предмета? что делать, если твои собеседники исчезают на середине фразы? раньше такие вопросы у меня не возникали. но теперь что-то с этим надо делать. асфальтовая дорога возвращает меня в деревню. так как мы приехали поздно вечером, когда было уже совершенно темно, я не запомнил дороги и очень смутно представлял, как выглядит дом Снейка. но что-то заставляет меня зайти в один из домов. в сенях я встречаюсь со смутно знакомым персонажем
- привет, - говорю я ему.
тот бормочет себе под нос что-то слабо понятное про футбол, Индиану Джонса и куркуму.
- ты не знаешь, где Снейк?
- нет. слушай, у меня скоро мама должна приехать, я хотел посуду помыть, так что, наверно, тебе лучше уйти..
- ок, - ещё одно привидение, очень, очень жаль. я почти поверил, что вернулся.
выхожу из дома и собираюсь двигать дальше, но вдруг слышу стук. кто-то изнутри стучит по стеклу.
- Зеркало, хорош. неужели не нагулялся ещё? – это Снейк. редко когда я так был рад встрече с кем бы то ни было как в этот раз. захожу в дом. за исключением встреченного бойца все в достаточной степени адекватны, живы, здоровы. даже улыбаются
- в последний раз, как я тебя видел, ты стоял посреди дороги, перед тобой сигналил "мерседес", но ты не реагировал. так продолжалось пока я не оттащил тебя в сторону. ты уже был в неадеквате, вырывался, кричал что-то. ладно хоть вернулся. что потом с тобой было то?
- сколько времени?
- полдвенадцатого
- ты не представляешь, насколько невероятно то, что я здесь. слушай, неужели на меня одного так подействовало сильно. я стакана не нашёл, выпил одну кружку как ты и говорил..
- стоп. какую кружку?
- обычную кружку, миллилитров 250
- абзац. мы пили маленьким стаканчиком. там граммов 100, не больше.
- значит я выпил в два раза больше всех?
- по стакану выпили я и Глаз, ты его видел, он с опилками до сих пор разговаривает и маму ждёт. все остальные пили по полстакана.
мы выходим в сени и тут замечаем нечто странное:
- Снейк, что это?
- совенок какой-то. а что там, сбоку-то от него? мышь что ли?
- откуда в доме совенок, что ты несешь!
- не знаю, наверно сверху из гнезда упал.
- что за чушь, это носок наверно какой-нибудь, или что-то в этом роде, - я уже довольно неплохо разбираюсь в галлюцинациях
- а почему он дышит?..
Снейк аккуратно двумя пальцами берет непонятную серо-белую штуку и выбрасывает её на свет. неизвестный предмет оказывается носком

@темы: part 11, neuroalchemy

21:52 

Нейроалхимия.

C11H14N2
10


чистый значит бедный
Джеф Нун


- да когда же он приедет-то? – спрашиваю я
- не могу сказать, должен был позвонить полчаса назад, - Икое явно нервничает, места себе не находит.
- так, там было пятьдесят. тут пол-литра. это значит по сколько пить? так, пятьдесят кубов лактона умножить на десять так, это что же я
гоню? стоп. аллё. Санек, как дела? извини, не туда попал. извини, пока.
- аллё, Санек. да ничего не делаю, дома сижу. нет пока не собираюсь никуда. а что, есть маза? а сколько надо? весь? ясно. слушай, я не знаю пока. занесёшь – пересечёмся.. если мне позвонят ...03278... обслуживание вызываемого абонента..
- аллё! да хуй знает, пока не знаю. вот если мне позвонит пацан, тогда я перезвоню. ну тогда не получится, он не раньше, чем через час позвонит. а вы знаете где взять?
- ну как? – спрашиваю я, хотя понятно всё без слов
- дураки какие-то. аллё. да, я. а вы где, что делаете, выпиваете? зачем? а вы не знаете, где плана взять? а вы с кем? ну ладно, пока.
у меня складывается ощущение, что сегодня у нас вряд ли получится достать травы.
- аллё, ну чего? а, ясно. ну давай. итак полпробки умножить на десять - это две с половиной пробки что ли? два с половиной куба. так и сделаю, приступим! – Икое бесстрашно выпивает полпробки растворителя
- аэуфууу!!!! надо варить! – на его лице застыла гримаса отвращения.
- да, нет не звонил никто. ну я попробую щас но не факт. я говорил двести пятьдесят. маленький лимит? а вы сможете довезти его? вы на своей машине? сейчас позвоню, спрошу. перезвони минут через пять.
- аллё Вадик привет. а ты насчет сотки ну никак не можешь? просто они сегодня хотели приехать, у них день рождения сегодня. на такси туда-обратно, не мог бы освободиться через часик? нет? хуёво. а попозже? точно, да? а то может если бы у тебя было свободное время когда из гостей бы пошел? а, ну ладно, пока.
- аллё, короче Дим, он в гостях, он не хочет никуда идти. если бы вы брали все... вы забрали бы все!?!
- слушай, Иколки, я уже устал весь этот бред слушать, честное слово. сколько можно?
- а что ты предлагаешь делать? если нет ни у кого!
- может и фиг с ним тогда, не доводи до фанатизма.
- да всё нормально, ты чего?
- а ты чего? большую часть времени или спишь, или мутишь, или долбишь! что, это всё на чем ограничивается жизнь?
- посмотри на себя, у тебя всё абсолютно так же!
- твое абсолютно и мое абсолютно – абсолютно разные вещи!
я пойду, выпусти меня.

реальность быстро сходит на нет, оставляя после себя запах сигареты, вкус крови и ощущение бессмысленности. покопавшись в памяти, вспоминаю, что сегодня в МАТРИЦЕ свершается масштабный drum'n'bass. хоть я и терпеть не могу этот клуб из-за большого количества переюзанных амфетамином колбасёров, всё же двигаю туда в надежде встретить знакомых. приезжаю где-то уже к часу, вечеринка в разгаре. вибрирует кладбищенский мрачноватый драм. захожу в бар, беру текилу и энергетик. обвожу глазами людей, их необыкновенно много: чувствуется влияние полной луны.
- о, привет, не ожидал тебя здесь встретить!- узнаю Максиного товарища-казантипщика.
- да я и сам в шоке
- хочешь прикол? ко мне вчера заваливается камрад, только что вернулся из Амстера, глаза у него такие, будто он Ктулху увидел. говорит мне: "забери у меня это, а то выкину нафиг!" и протягивает пакетик с таблетками. это, говорит, пресловутый "чёрный меркурий" там ЛСД, ДОЕТ и немножко ПСП. сказал, что у него друг съел одно и словил зло такое, что чуть не вышел из окна. не знаю, что с ними делать-то
- ну уж выбрасывать-то их точно не стоит. может у ребят крыша слегка протекает, хотя конечно смесь адская. я слышал что от ПСП одна тётка зажарила грудную дочь в микроволновке.
- я пробовал ДОЕТ, это самый жёсткий фенэтиламин, 100%. очень сильно меняется восприятие звука, просто невероятно
- ты сам-то что думаешь?
- давай, может, по половине закинем?
- я думаю можно, но не больше
мы отправляемся в chill-зону, где Алекс протягивает мне крошечное коричневое с чёрными крапинками колесо. я откалываю от него половину и бросаю в рот. затем покупаю бутылку воды. пока ещё я могу это сделать
- слушай, мне скоро играть, я пойду уже, встретимся часика через два, ок?
- давай, скрути что-нибудь демоническое
- ну да, сегодня же день всех святых!
я начинаю громко смеяться:
- какой нафиг день? ночь!
меня начинает понемногу продирать. такое ощущение, что кто-то играет с эквалайзером в моей голове. звуки растягиваются, замедляются. вдруг я замечаю на одном из столиков, стоящих в глубине чила оправленное в чёрный пластик небольшое зеркальце от пудры. я беру этот магический предмет и иду на дэнсфлор. химические катализаторы запускают внутренние процессы. не чувствую никакого негатива, ровно как и эйфории. просто что-то иное. будто уже не со мной..
как лейтенант псipolice накручивает аттракторы в знойном воображении юных красавиц, раз за разом повторяя одно и то же, пока не начинают крошиться кости, так мой обхимиченный мозг заигрывает с сознанием в нелепой попытке прокаженного снискать расположение королевы бала; я с трудом могу обработать его мстительные прерывания. я похож на свежепрошитого андроида, выпущенного в экспериментальных целях в незнакомую среду.
достаю зеркало и начинаю наблюдать в за происходящим за моей спиной. такое ощущение, что мои глаза находятся на его поверхности, реально всё происходит так, будто я стою лицом в противоположную сторону. меня продирает мороз. я выхожу в холл, ощущение нереальности происходящего – самое реальное ощущение. я подхожу к зеркалу и прикладываю моё маленькое зеркальце ко лбу. то, что я увидел между ними, оказалось настолько удивительным, что я просветлился

я зеркало. то, что происходит внутри – происходит снаружи. то, что происходит снаружи – происходит внутри. если ничего не падает на зеркало, ничего не отражается. само зеркало остается неизменным. все мы являемся такими зеркалами, задерживая и рефлексируя окружающий мир.
да, я человек, но биологическое существо, имеющее фамилию-имя-отчество, а также дату-место-рождения – не есть я. это как скафандр, оболочка. сущность неизменна, для неё смерть тела – ничто.
красота приходит как волны. она никогда не остается той же. всё соединено. нет никакой разницы между жизнью и смертью. между мной и Богом. или есть? кто катапультирует меня в разные тела, миры, разные условия? не я ли это делаю, чтобы глубже познать собственную суть, свои возможности. не я ли мучаю себя страданиями и сомнениями, чтобы раскачаться для очередного прыжка в неведомое, непознанное и пока не воплощенное.
врождённый инстинкт путешественника, идущего из ниоткуда в никуда. ощущение надрыва - следствие моего идеализма и максимализма, моей юности. абсолютная свобода неотделима от одиночества, как и абсолютная любовь лишает всякой свободы. так что уже нет смысла стремится ни к чистой свободе, ни к тотальной любви. ищу оптимум между ними. саморазрушение и творчество рождают динамику, жизнь. чем больше осознанности, тем плавнее они переходят друг в друга. боль становится невыносимой настолько, что начинает раздирать сознание, на месте её возникает ясность хрупкой красоты. это нирвана

@темы: neuroalchemy, part 10

04:10 

Нейроалхимия.

C11H14N2
9


не строй иллюзий знания - неумная затея
для торкнутого ангела эпохи Водолея


в одну из чёрных длинных ночей мы с Алёшей Пистолетовым гуляли по мещерской саванне в поисках острых ощущений. огромное количество песка, стаи бездомных собак, редкие деревья и отсутствие людей. на самом берегу Волги, практически у воды мы увидели огромный бетонный остов. метров 100 в длину и 15 в высоту. это был, как потом оказалось, давным-давно заброшенный соляной порт. из себя он представлял симметричное здание с бетонными колоннами и абсолютно пустыми этажами. у меня сложилось впечатление, что во время войны отсюда на воду грузили танки. первый этаж был исписан дилетантскими похабными граффити, на втором были рисунки поинтереснее. по оставшимся на бетоне следам можно было различить, что здесь проводились магические ритуалы. со второго этажа лестница вела на плоскую крышу. место само охраняло себя: вдали от людских глаз, оно как бы спряталось в низине у реки, да и у жителей ближайших домов оно явно снискало дурную славу: не было видно следов мусора, характерных для мест народного бухания. это было идеальное место для шабашей, к тому же с крыши открывался замечательный вид на реку и на верхнюю часть города.
недавно мне пришла в голову мысль, что было бы здорово собраться там большой компанией. я обзвонил знакомых, попросил привести их своих друзей и подруг. на высоте пятиэтажного дома на крыше этого культового места августовским тёплым днём собралось около 20 солнцеедов. желто-зеленые декорации дышат вместе со мной. солнце Альтаира встало над нами и, зависнув посреди неба, остановив время, дорасписывает песок павлиньим паттерном. водоросли предчувствуются в стекле намагниченной реки.
так как накануне у меня случился день рождения, я не скупясь раздавал людям вокруг кусочки сахара. кислые сладости. с собой на крышу мы притащили несколько канистр воды, бутылок вина и сока а также огромное количество баллонов с краской. крыша плоская но исключением нескольких зловещих дыр, которые добавляют адреналина. уже изгибается текстура в солнечных лучах. расправляю крылья на все небо.
наш пикник проходит весьма необусловлено: люди загорают, а когда жара становится невыносимой, спускаются вниз слушать бетон. путешествуя по скрытым залам, наталкиваешься на таких же гуляющих и идешь дальше. внизу тихо шелестит лето, падают крыши ласковых тайников. пахнет свежестью и ленью.
я человек, так странно и так хорошо. вот бы жизнь шла в обе стороны, как качели, так бы я увлекся этими качелями. да и так сносит постоянно из рая в ад, сквозь атомы и матрицы, по ступеням сверхсознания до дна невменяемости, чтобы вновь посильно подняться на крыльях святых, на тяге вымерших рас, на их мечтах. когда же появилась боль? тогда, наверное, когда первое существо уперлось в потолок своих сил, своей фантазии и разбило себя на все эти реки и звёзды в надежде обогатиться в бесконечно далеком. объединяйся уже, первое существо! будь самим собой! забирай мою жизнь, верни мне мое счастье! впусти меня в мой чертог! время стекает по кровеносным сосудам, оборачивает Землю вокруг оси. что я делаю? растрачиваю впустую силу той любви, которой оделили меня родители, но вот она уже почти уже закончилась и что мне осталось? двадцатилетний наркоман, фантазёр, пустышка! да? наконец-то! моей пустоты хватит, чтобы вместить в себя весь мир. я сажусь на бетон и закрываю глаза. воспринимаемое заливает белый матовый свет. как молоко. кто я? поистине бездонна бездна бездн ничего! ко мне подходит Анюта
- как ты? с тобой всё в порядке? хочешь воды?
я смотрю на неё и вижу заботливое лицо, вижу её, и моей пустота заполняется ей, такой какая она сейчас, говорящей эти слова и смотрящей мне в глаза.
- да, спасибо, - слышу голос, понимаю что свой
- пойдём наверх
я встаю, обнимаю её
- ты знаешь, на какое-то время я стал тобой
она улыбается. не знаю, поняла ли она меня, но похоже, что это так. небо из голубого превращается в тёмно-синее. загораются первые звёзды. никто уже не носится, не прыгает, не кричит. разделившись на группы, мои друзья курят марихуану и допивают Шардене. я смотрю на этот праздник жизни и солнца и понимаю, что день прожит не зря

@темы: part 9, neuroalchemy

22:50 

Нейроалхимия.

C11H14N2
8


"скоро"- это быстрее, чем умереть


иногда кажется, что ворона, которая, как дура каркает на спешащих на работу биороботов, имеет больше свободы, чем любой из них. я стою на балкончике, времени 7:11 АМ. люди внизу ведут детей в сады, а себя тащат на работу. не успеваю докурить и трубки, как одинокие прохожие сменяются устойчивым потоком людей, эмоционально сероватых от предчувствия вынужденной дисциплины и грядущей усталости. моя душевная функция испытывает подъём. поднимаю глаза к матовому утреннему небу, туману микрорадуг. я слышу ветер, ласкающий громадную ель, мохнатую вечнозеленую свидетельницу динозавров. люблю хвойную природу. атланты канули в лету и их следы стерлись, а эти ничего, держаться, шишки растят.
время течет, как маслице. небо проясняется. зеленые нити развисли вокруг, выпутаться из них не представляется возможным. подножье выравнивается, начинает вертеться без скрипа.
вчерашний день ласкал меня летним ветром, расправляя складочки. +1 = все сначала. Икое, зажигалку? ветер наглый, злой, ласковый, тихий, крепкий, свежий, соленый, пыльный, ветер - весьма активный агент, разноплановая личность, а сквозняк - племянник ветра. птицы заполняют тишину. жить на набережной и всю дорогу слушать чаек - выбор айдиэмщика или любителя нойза. лесная опушка - для бетховенофила. драмнбэйзеру - дятловый лес, лес, наполненный огромным количеством квазикогерентных птиц. в Упанишадах пишут, что познавший все сущее, просит Атмана показать ему небытие. такой призыв на "небеса". ученые щебечут, что vrode бы посчитали эффективную массу вакуума, пространства виртуальных частиц. мы все в этой вате, правда еще и с орешками-атомами, но пустоты как таковой фиг найдешь! парадокс несовершенства теории.
я верю в прогресс. это волновой процесс с релаксацией. одна эпоха в отдельной культуре - одна главная идея развития. в те времена, когда она менее выражена, во времена пожинания плодов, эволюционирует культура, искусство. во времена принуждения выкристаллизовываются моральные маяки. шампанское закончилось. зеленые полосы завязываются в банты. синие очки освежают глаза, как термальная вода в жару
шприцы и храмы - космические корабли, ракеты для внутренних перемещений. свидетели зрелости цивилизаций, как же они похожи на фракталы Мандельброта. лазурь неба перебарывает слабость в мышцах, музыка сливается с рисунком рубашки, финики тают во рту, цветные перья растут изнутри.
пора выбираться в мир. к счастью, я сейчас нигде не работаю, и у меня есть возможность распоряжаться своим временем по собственному усмотрению. сегодня вечером Арс звал нас с Тоником на день рождения, но до этого целый день впереди. отчего бы не позвонить Максиму?
- аллё, Макс, привет!
- здорово!
- не разбудил?
- нет, не разбудил. поехали на "Динамо" во фрисби поиграем!
- это то, ради чего можно и не ложиться спать! конечно!
спустя пару часов я приезжаю на стадион. солнышко отчаянно жжётся, но ветер свежий, спасает от жары. Макс с товарищами, с которыми я до этого похоже что не встречался, метают пластиковый диск. ещё одна группа расположилась на трибунах в тени. покидав тарелку и немного размявшись отправляюсь к трибунам. похоже, что я вовремя. один из этих типов рассказывает остальным:
- мы жили в землянке, найти в которой пропавшую вещь было практически невозможно. вокруг – пляж, солнце, огромное количество МДМА!
я имею безумный интерес к людям. это что-то фантастическое. каждый новый человек с его судьбой – это информация. сравнивая чужую схему мировоззрения с собственной, я нахожу различия и дополняю свою.
- а где это было?
- на Казантипе. только что оттуда
- кул! ничего не осталось?
чуви пристально оглядывает меня со всех сторон и недоверчиво спрашивает сидящую рядом девушку:
- кто это?
- не знаю, с Максом только что пришёл
- я свободный человек
я настолько открыт, что нередко кажусь наивным. при работе с такими энергиями, с которыми мне приходится иметь дело, любой затор или блок может привести к самым плачевным результатам. видно было, что мой ответ его удовлетворил. улыбаясь он протягивает руку:
- Алекс
- как море?
- растворяет. я реально всё ещё там. у нас осталось несколько сахаров с кислотой и пару голубеньких перьев, а так реально там все деньги оставили
- здорово. у меня есть немного ДОБа с собой, как насчёт бартера?
- ДОБ? на марках?
- неа, в каплях, 99,99% качество, прямо с грядки
- это точно он?
- его ни с чем не перепутаешь, тут уж подмена исключена!
Алекс улыбается. он явно понимает, что такое ДОБ. дело в том, что этот препарат действует не меньше 15-20 часов
- гут, я не против на самом деле
без лишних слов договариваемся о встрече, кто-то рядом взрывает косяк. трава очень забористая. после одного паровоза я уже не решаюсь взять ещё раз. рэйв, как образ бытия пронизывает всё сущее. из дальнейшей беседы становится ясно, что эти люди вокруг непосредственные представители техно сцены, и на Казане они не просто поглощали культуру, но и создавали её.
время течёт, пора ехать к Арсу. попрощавшись со своими новообретёнными знакомыми и Максом, я отправляюсь на вокзал. день рождения планировалось отмечать в Z, на лоне природы. с Тоником встречаемся уже в электричке.
за беседой мы скоротали полуторачасовое путешествие в поезде и незаметно для себя приехали в город Z. спустя ещё полчаса мы воссоединяемся с Арсом и прочими нашими друзьями на берегу реки Волги. мало кто воспринимает выражение "отмечать праздники" буквально, а ведь именно тогда оно приобретает глубокий смысл и красоту. вечеринка проходит довольно взвешенно и плавно. рассевшись вокруг костра, мы курим марихуану и пьём вино. несмотря на жару, вода в реке неожиданно холодная и купаться отваживаются немногие. закат отцветает за рекой. все мы порядком уже опьянились. стало ясно, что party подходит к концу. но просто лечь спать в ту ночь мне было не суждено.
- Тоник-икк я вот чего вспомнил, у меня есть 2c-b! как ты смотришь на то, чтобы освежиться?
- сибирь? значит так, да? пока этого не случилось, давай сделаем так, чтобы у нас ничего не получилось!
- навряд ли не получится – мы слишком пьяны
- ты просто полный псих, и судя по всему, я тоже!
- ты не против съюзать побольше, миллиграммов эдак по 20?
- когда же ещё, если не сейчас!
поддеваю уголком кредитки нужное количество чуть голубоватого порошка и, поделив на четыре крошечные дорожки, быстро, одну за другой, убираю этот яд. такое ощущение, что в нос воткнули отвёртку. глаз вытекает наружу, как яйцо из скорлупы. сибирь начинает действовать очень быстро.
- есть такой орган "ноздри" или это фольклор?
- по идее тор свернулся - дырка есть! но встает вопрос, существуют ли дырки, или это оптическая иллюзия? блядь, как жжётся!
состояние сознания изменяется решительно. алкогольное опьянение исчезает как по приказу. мы уже бежим по городу, пригибаясь, спрятавшись в десятисантиметровой траве. мой мир - синий электроток, бабочки и хрустальные иглы, нано трубки, по которым льётся жирный бог. сознание уходит в такие абстрактности, которые не поддаются словесному описанию. спустя вечность мы возвращаемся. нас с Тоником окружает свет. постепенно понимаем, что это свет фар милицейского джипа. оказалось что мы находимся посреди шоссе и то что мы делаем со стороны выглядит как нечто среднее между дракой и танцем.
- ваши документы! – грозно произносит похожий на бензиновое пятно милиционер, - так, быстро в машину! ты что не понял?
попасть в такую ситуацию на самом пике многолучевой дифракции – это стресс. мы садимся в УАЗ и отправляемся в отдел.
- фамилия-имя-отчество?! дата-место-рождения?! – орут копы.
Тоник говорить не может вообще, тем более на темы, предложенные милиционерами. моя речь тоже не отличается выверенностью и чёткостью. ясно, что наше дело - дрянь. через несколько очень долгих минут нас выгружают из машины наружу. тут Тоник удивляет меня да и милицию тоже – едва почувствовав под ногами землю, он бросается прочь, но далеко не убежать ему не удаётся – его настигает огромный ужасный коп и шваркает его на бегу резиновой дубинкой. я до этого не разу не был ни в СИЗО, ни в какой другой тюрьме. Тоника сразу закрывают в дурацкую грязную камеру, а меня ведут на какое-то подобие допроса
- ну что ж ты так набухался, что даже имени своего не помнишь? – участливо спрашивает милиционист. меня выручает запах вина
- да нет, помню: двадцать пятое августа восемьдесят пятого года.
- так понятно всё с тобой. придётся отдохнуть на шконке. до утра.
такие расклады не просто ужасны, они невозможны! это то же что и смерть на костре, только хуже. я вспоминаю уроки сталкинга, как бы отстраняюсь от ситуации. "что происходит, происходит не со мной, я всего лишь обзёрвер". после этого адекватности заметно прибавляется. я небрежно роняю из кармана 500р, ни на секунду не переставая упрашивать стражей порядка отпустить нас. банкноту замечают, отпинывают в сторонку. приводят похожего на инопланетного зверька Тоника и отпускают на все четыре.
- эй, может сигарет хоть нам оставите? – им, типа пятихатки мало.
кладу им на порог пачку Кента, кланяюсь в пояс и со словами: "прощайте, господа офицеры!" мы с Тоником бегом сматываемся оттуда.
- я знал, доподлинно знал, что будет в каждый последующий момент, но ничего не мог сделать, вообще ни-че-го, - говорит мне Тоник
- смотри какая выпуклая тьма за фонарём, чувствуешь объёмность?
- да, спасибо Саше Шульгину!
я выхожу на дорогу, прямо на меня едет машина. свет её фар волнами доходит до меня. я выставляю руку ладонью вперёд и замедляю её движение, ещё миллиграмм пять, и время бы остановилось!

@темы: part 8, neuroalchemy

01:01 

Нейроалхимия.

C11H14N2
7


медитация - альтернатива суициду


последующие дни я восстанавливал связи с миром. заново учился писать, ходить, говорить. я общался с травами и деревьями, переживал чувства каждого встреченного человека, как свои. в те дни у меня получалось буквально все, что я ни пожелал. и вправду, я неплохо выправился!

в своё время я читал трактаты по раджа-йоге и вот теперь, покурив восхитительного мягкого хаша, я лёг на мат и начал поднимать сакральную энергию кундалини вверх по позвоночнику. в обычном состоянии кундалини находится в крестце – треугольной косточке, связывающей таз и позвоночник. и вот эта змея начинает распрямляться.
ощущения необычайно сильные. медленно поднимаю её до солнечного сплетения, при этом всё новые неизведанные области моего существа вовлекаются в этот поток эйфорической сгущёнки. но выше нижней части рёбер идти не хочет. медленно, не торопясь, я опускаю её вниз, ниже крестца, в основание позвоночника, охватывая зону нижней чакры, муладхары. постепенно снова начинаю тянуться вверх. меня прошибают сильнейшей мощи оргазмические токи. волосы поднимаются дыбом. с осторожностью и трепетом я заполняю чакры, чувствуя их звон и цвет. каждая клетка превращается в генератор, излучающий благодать. сине-зелёные молнии закручивают фрактальные спирали в толще тканей и растворяются в набегающей следом волне. я перехожу в состояние поля, органы исчезают, исчезает всё, кроме этого потока посреди ничто. внезапно ощущение потока прекращается, мышцы вновь обретают чувствительность и тело заливает нега. я поворачиваюсь на бок. больше всего я сейчас напоминаю себе нализавшегося сливок кота, разлёгшегося на солнышке.

сахасрара - верховная чакра в классической схеме, по сути аватара функционирования высших уровней коры мозга. если представить агию (т.н. "третий глаз"), размещенную в сплетении зрительного нерва, как оптимизацию сенсорного восприятия, то сахасрара явится топом обработки-анализа этой инфы. неслучайно считается, что она расположена чуть выше макушки: на сегодняшний день слабо изучено, что происходит с потоком полусырой информации после сетчатки, коленчатого тела и нескольких уровней коры. предполагается, что в височной доле и далее существуют более высокие уровни обработки зрительных пакетов, по моему скромному мнению связанные с интуицией и предвидением. насколько мне известно, эти уровни топологически последовательно снизу вверх образуют как будто луковицу, постепенно добираясь до внешних участков мозга. и это неслучайно: при травме сначала отключаются самые тонкие структуры, гипоталамус – место сращение внешней и внутренней информации, находится в самом центре головы.


прошло две недели. я шёл по Покровке. был благодатный тёплый июньский вечер. и тут я увидел несколько малопримечательных людей, стоящих рядом с плакатом, изображающим чакорную структуру человека.
- почём продаёте? – без задней мысли спросил я
- мы, мил человек, не торгуем
- а что вы тогда тут делаете?
- мы даём инициацию. кундалини состоит из огромного числа нитей. их число составляет 27 в 94-ой степени. это астрономический порядок. если нить от нижней до верней чакры не заблокирована, то человеческое существо связывается с мировой душой, ведь по сути, кундалини – та общая сила, которая пронизывает весь мир
- очень интересно, я сам недавно познакомился с ней, и хотелось бы продолжить эти практики.
адепт дал мне визитную карточку, и стал сворачивать плакат. на следующий день я приехал на их собрание. перед тем, как войти, я выкурил небольшую пяточку травы, так как понял, что kaya и yoga если не созданы друг для друга, то очень сильно связаны между собою. группа практикующих представляла разношёрстный социальный срез, средний возраст присутствующих был около 30 лет. в зале были расставлены удобные высокие кресла, но больше всего меня поразил ТЕЛЕВИЗОР, находившийся на самом видном месте. я разулся и сел в первые ряды. после пения мантр мы отправились в коллективный полёт в космос кундалини. как раз в то самое время, как я отлетел от тела на значительное расстояние, чей-то голос внезапно возвестил окончание этой части практики. с досадой я открыл глаза, и заметил, что старший ставит кассету в видеомагнитофон. мои глаза сфокусировались на полной пожилой индийской женщине, которая выступала перед большим собранием людей. это была гуру всех здесь присутствующих – Шри Нирмала Дэви. на ней было в радужное сари и зеркальные очки, как у Рауля Дьюка. святая говорила логически несвязные вещи монотонным медленным голосом. за ходом её мысли следить было крайне сложно и утомительно, особенно в моём состоянии. не в силах противиться дрёме, я практически уснул. пришёл в себя только после окончания фильма. люди медленно вставали из кресел и разминали затекшие мышцы.
- и часто вы смотрите это?
- каждый раз, а что?
- вам не кажется, что было бы интереснее побольше помедитировать или подышать?
- когда ты созерцаешь и слушаешь Гуру, её слова действуют на тебя, очищают каналы!
- а вам не кажется, что это обыкновенное НЛП? вы входите в трансовое состояние, когда уже не отдаете себе отчёт в том, что вы слышите, и информация поступает прямо в подсознание!
меня попросили больше не приходить. но это было уже лишним, я и сам по доброй воле не пришёл бы больше в эту идеологическую баню

классическая древняя индийская йога дает описание семи чакр, это было правильно – в свое время, – сегодня работать с семью чакрами совершенно бесперспективно, и с точки зрения здоровья, и с точки зрения развития у себя парапсихических сверхспособностей – сиддх, причем такого ранга, чтобы ими можно было бы помогать людям в общеглобальном масштабе. сегодня человеческие сыны и дочери так переплелись этнографически, что разные чакорные модификации изолированных групп слились в земной психосфере воедино, родилась, или лучше сказать начала выкристаллизовываться новая чакорная ахарата человека грядущего, в ней не пять, и не семь, а двадцать и более нервно-энергетических узлов генерящих и собирающих энергетику. это не мои слова, об этом писал ещё Вар Авера

@темы: part 7, neuroalchemy

16:21 

Нейроалхимия.

C11H14N2
6


его приветствие-прощание реверсом вошло в изначальность


я рос в одном из небольших городков, появившихся с широкой руки партийных деятелей, как грибы после дождя. до пяти лет я очень мало говорил, больше слушал. на чёрно-белых фотках посреди пестрых подушек узнаю себя, пальцем протыкающего поверхность снимка. я ещё могу при желании припомнить своих детских друзей, своих первых спутников. правда мне придется тщательнейшим образом отфильтровывать их от вязкой активной галлюцинации - следствия перегрузки шины, связывающей полушария моего мозга.
большую часть внимания я уделял обретению разнообразных знаний, доступных нашей цивилизации, собирал хворост для костра
несмотря на большое внимание воспитателей, я умудрился сохранить, пусть поначалу в бессловесной палитре невыдуманного, вопрос, или даже ощущение тайны, пронизывающей жизнь. даже когда я стал отроком, гормональные бури так не затрагивали мое внимание, как желание узнать эту тайну! меня охватила вялотекущая паранойя, будто бы люди скрывают от меня и себя тоже что-то невысказанное. моё желание проникнуть за не оставляло меня много лет. мне казалось, что за этим вымышленным миром скрывается мир невидимый. бесы-близнецы подсовывали сочинения сумасшедших поэтов финального исступления. метафизика умершего времени чуть не прикончила меня.
как беззубая бабка шепчет ребенку шелуху промелькнувших лет, черные буковки вплетали свой код в музыку моих осцилляторов. мне было невдомек, что не нужно читать слова, стоит лишь расфокусировать глаза и тогда черные кораблики букв и пробелы между словами создадут битмап мигающих образов, способных сказать много больше. в результате путешествий по сталкерским тропам межреальностей, освободившись от этой навязчивой идеи, я получил в распоряжение огромное количество свободной энергии которое направил на достижение локальных мессианских целей воплощения boom shankar!


одним из предопределенных судьбой людей, встреча с которым была неизбежной и решающей, был Икое. до нашего знакомства я много слышал о нём от совершенно разных персонажей, но никакого мнения сложить о нём не сумел да и до сих пор это весьма затруднительно. вероятность нашей встречи была максимизирована. это было ещё в те времена, когда каждая весна пахла по-разному и безусловная вера в счастливое будущее воспринималась, как нечто само собой разумеющееся. мы учились с ним в одной школе, он на год старше. он-то и познакомил меня с нейроалхимией и критическим гедонизмом, хотя в то время я не воспринимал это как получение удовольствия. я искал, искал знание о жизни, о мире и о себе. я очень хотел узнать, кто же я такой.
являясь необходимым звеном траснсчеловеческой сети, Икое ко всему прочему был моим внешним деструктивным принципом, инь, модератором моей рефлексии, отфильтровывая тупиковые пути в моих первых полётах к далёким звёздам.
многосущностное образование, проводник в потусторонние миры, гробовщик моей линейной преданности догме, дьявол искуситель и самый близкий друг, презираемый за свою слабость лжец. он говорил, что я его подован, который превзошел мастера. во времена кибернетической разобщенности воспринимаемого, Икое уже находился по ту сторону терминала, своей искренностью объединяя и сгущая информацию. вообразить, как бы развернулась моя тропа в его отсутствие не представляется возможным.

- очень часто замечаю как два урода пытаются меня в чём-то убедить, хотя на самом деле то, в чём они меня убеждают вообще не важно. важно то, что они, сцуки, убеждают меня и отвлекают. один типа меня убеждает в каких-то идеалах сраных, другой хочет чтобы я в землю врос. оба – гандоны. хотя это наверное просто трещины в монолите моего сознания просто и всё! – на одном дыхании выпаливает Икое и залпом выпивает стакан портвейна.
- каждый интеллигентный человек хотя бы раз в жизни должен попробовать подышать бензином, - говорит он. непонятно в шутку или всерьёз.
- я слышал, от этого гибнут миллионы нервных клеток!
- это стоит того. у меня каждый бензиновый глюк начинается с сильного дежавю. я дышу, потом выкидываю пакет со одинаковыми словами "да ну его нахуй!". само содержание того, что я увидел неважно. важно ощущение того, что вся жизнь которая была до этого - это просто глюк, а именно вот этот бред - это и ЕСТЬ ТО САМОЕ О ЧЕМ ТЫ ВСЁ ВРЕМЯ БОИШЬСЯ ДУМАТЬ! в общем дышали мы на школьном дворе. говорю "да ну его нахуй!", выбрасываю пакет, поворачиваю голову и вижу 15 уродливых карликов и у каждого свое уродство. они на меня смотрят с злобной улыбкой. наконец-то дождались! я понимаю что тут что-то не так: я застрял в петле времени, а они - такие же несчастные пыхальщики как я, потерявшиеся в вечности. и типа я их освободил и сейчас встану на их место. я понимаю что надо бежать, пока не случилось непоправимое. встаю и бегу к сарайкам, которые там были вместо стены. думаю их с разбегу перепрыгнуть и убежать. в тоже время понимаю бесполезность всего этого, но ничего сделать с собой не могу. тело не контролируется, бежит само в ужасе. вот добегаю до сараек, а за ними пятиэтажный дом. а за домом стою я, только выше дома. смотрю на себя же и улыбаюсь. тут я начинаю слышать какой-то звук, который под бензином все время одинаковый. какой-то ритм, биение жизни, которое ты знал всегда. очень знакомый звук, но вспомнить его никогда нельзя. одновременно вижу через дом, как большой я ногой пинает рулон космического желтого желатина. этот желатин закатывает меня, и я не могу даже пошевелиться. время остановилось, а мысли идут. всё застыло. стоп-кадр. чувствую оголённый мозг. простоял так очень долго. успел передумать много всего. потом вдруг всё опять зашевелилось. первыми моими словами было "какой сейчас ГОД!?" прикинь как это стороны выглядело: кричит: "да ну его нахуй!", бежит к сарайкам, смотрит вверх, разворачивается, потом оборачивается и спрашивает какой сейчас год!
- ты психопат!
- попадаешь туда - оставляешь там часть себя. свой отпечаток.
- ты точно психопат!

подключение через рецепторы рожденной мудрости отныне и впредь, и во веки веков. изучение основ алхимии, дзен и нигилизма. как бонус - инфицирование апатией. вместе мы совершали первые вылазки в метрополию за дезинтегрирующими субстратами и собирали реакторы на куркуминовых тахионах. кризисы волнообразно настигали меня, периодически отрезая возможности нашего взаимодействия на миллионы секунд, но неизбежно наши трэды сплетались, ведь мета вселенная упакована предельно компактно.
я до сих пор не устаю удивляться самодобности проистекающих феноменов. роли, которые примеряло на меня, сброшенные осознано, сваливаются на персон из окружения, и так далее с головокружительной достоверностью.
один из основных мирособирающих постулатов Икое состоит в том, что он "проживёт дольше всех" ну или "всех нас переживёт". на чём основывается такая безапелляционная уверенность остается загадкой. но мне хочется ему верить. километры растянутой паутины, мегаджоули не возвращенных денег, сломанные гаджеты, потерянные книжки, - всё это мизерная ерунда по сравнению с ценностью индуцированного канала в прайм-кластер, который я вряд ли так скоро нащупал без его помощи.


словарный запас системы органических кристаллов неудержимо сокращался, как бы повторяя тот бег, который совершался многие миллионы лет, вдохновленные эволюцией звезд, только в противоположном направлении. ступенька за ступенькой, на засов запирая чудесные светлицы в преддверии выхода из терема. ресницы, ссыпанные стройматериалы неназванного, сваленные где попало, не различающие покуда страха, из-за этого недолговечные и опасные, как камикадзе, способные губительно вытягивать желеобразные памятники достоверности, сгрудившиеся у Храма.
как во сне я вижу его. пытающегося найти вену, чертыхающегося, отсекающего малейшие попытки рефлексировать покидающей его целостности, укрепляющейся не проворовавшимися архетипами детства, да куда там...
абстиненция взывает к родовой памяти, разгоняя первобытный страх, но вот уже контроль и страх уплывает к бесчисленным эволюционным ходам творца, на своем волшебном гончарном круге накручивающем все новые витки ДНК.
он часто терял нитку в настоящем, прекрасно понимая, обожествленный милосердием, что блудный сын сорвет аплодисменты в первую очередь, что ему откроется присутствие той, что сводит очами с любого греха, лишь только перельется он через край, лишь только разрушение, вкупе с небывалой искренностью, ангелом невовлеченности переполнит сосуд и Бог изольется наружу.
плата за земное счастье, за свою песнь - пережеванные собственными проблемами друзья и та мечта, что навсегда свела с ума, его путь не прост. Икое жив-здоров, идёт по лезвию бритвы, то оглядываясь, то отступая.
с тех пор, как я завязал с наркотиками, я перестал с ним общаться. мне казалось, что Икое врёт мне, что я не могу ему доверять. я видел, что помимо того, что он обманывает меня он врёт ещё и себе, а это уже слишком. но после моего недавнего путешествия в Петербург, я стал проще смотреть на многие вещи. на следующий день после моего приезда с остатками недопитого молока я завалился к нему.
- привет, Иколки!
- добрый день
- будешь молоко?
- да, с удовольствием, а ты будешь ДОБ?
до этого я имел смутное понятие о таком классе химических соединений, как фенэтиламины. моё знание о них ограничивалось индейскими историями о Мескалито. что такое ДОБ, я тогда и представить себе не мог.
- что это?
- синтетический психоделический стимулятор, говоря научным языком 4бромо-2.5диметоксиамфетамин
- похоже что моё безумие захватывает власть над телом, ибо я готов применить его!
- только учти, что это надолго!
Икоевские друзья, химики-революционеры, вооружившись трудами американского алхимика Саши Шульгина, с недавних пор начали понемногу синтезировать экспериментальные химические препараты. часть из них была нелегальна, следовательно преследовалась Законом Российской Федерации об Обороте Наркотических Средств. но сейчас это крайне мало нас беспокоило. на берегу великой русской реки мы принимаем по 1500 микрограммов ДОБа и закуриваем их косяком.
- при приёме феников нужно учитывать один момент: одходняк от них вначале, перед трипом!
- как такое может быть? – спрашиваю я
- ДОБовый полёт имеет волновую структуру. представь, что вся ткань вселенной сжимается в точку внутри тебя, в это время ты ощущаешь, что мир трещит по швам, но на самом деле всё это происходит как бы в обратном времени, ну ты понимаешь, что это просто способ говорить, не так ли?
- ну-ну, а дальше?
- дальше все это натяжение резко отпускается, как тетива лука, и подобно кругам на воде, мир волнообразно искажается, а ты фланируешь на этих волнах.
- в целом ясно, но сейчас я не могу верить твоим словам, мне кажется, что это состояние будет продолжатся вечно!
песок под моими ногами начинает оживать, превращаясь в змею с бесчисленным количеством чешуек. всего меня пронизывают электрические разряды, микроскопические молнии. я не уверен, нравится мне это или нет. до этого момента я слабо представлял, с чем придётся столкнуться. ласточки носятся в небе, оставляя после себя шлейфы.
- дружище, пойдём отсюда, мне невыносима эта дисгармония!

о, это было нелегко. большую часть времени мы мерили шагами город в поисках травы, денег и свежих людей. слева и справа проносились кварталы, автомобили постепенно догоняли нас. я постоянно что-то говорил или же кричал.
- Икое, почему бы не умереть сейчас, прямо сейчас?
- действительно, нет ни одной причины, чтобы жить, ровно как и бессмысленно специально умирать!
если мир так прекрасен, каким он мне кажется сейчас, то как же объяснить тех всех этих сожжённых детей, всю боль и несчастье? вина появляется как результат отчаянного усилия рационализировать абсурдность страдания, происходящего без всякой разумной причины. я вижу, что боль, испытанное кем бы то ни было не может быть настолько чудовищно чрезмерна, чтобы я возненавидел этот мир или испугался его господина, кем бы он ни был.

мы плакали, смеялись и летели вперед. сумасшествие вытеснялось скоростью. после пятнадцатичасовых метаний, клякс, спиралепоДОБных поисков, цветных пятен и дыхания вместе с многоэтажками, всё же вернулись на благословенную Горду.
подверженный мгновенному импульсу, я решаю побриться, при этом идиотско срезаю уголок губы. пытаюсь безуспешно остановить кровотечение в течение 10 бесконечных минут. никакие газетки и пластыри не помогают. высокое давление выдавливает не успевающую свернуться кровь. скорую вызывать тупо. помогает перекись водорода от соседки. иду в душ. частицы воды пробивают сквозь тело и выходят из пяток. никогда бы не подумал, что я такой пористый, что я настолько открытый. в срезанных ногтях, сбритых волосах, смытой воде, слезах визжат сотни бесенят, клубятся могущественные вихри неиспользованных энергий, способные все рассказать о человеческих тайнах.
прислоняюсь к стене и соскальзываю на пол. по зеленым, как зеленка, обоям хлопьями валит снег, как в сказке. на высоте 0.4921 фута над полом парит развесистое сефиротное дерево инопланетных предков. уже не чувствую гравитации, превращаюсь в светящийся шар радиусом в полтора метра.
внезапно экспрессия являет свою тёмную сторону: агрессия, ГАМК-кома и комплекс неполноценности начинают раздирать душу взбесившимися рысаками химичного безумия. ириски уже не выворачивают мою душу наизнанку. обрывки мыслей сворачиваются в плотное чувство вины и лишают покоя. что-то надо с этим делать! нельзя же всё время только потреблять. я не желаю быть потребителем!
начинаю с малого – собираю разбросанные стаканы, бутылки, кроссовки, пепельницы, пакеты, тарелки, окурки, пытаюсь создать хоть какую-то гармонию. разбираю книги, диски, залежи чьих-то свитеров и тетрадок. чищу решетку собственной тюрьмы. доброжелюбность территории начинает увеличиваться. чувство недовольства собой, бесполезности существования захватывает весьма болезненно и остро. выбираюсь из этого склепа, ноги еле держат меня.
контролировать все это нет сил вообще, ведь контроль – это внушенная идея, что-то внешнее. мучительно хочется быть, а не казаться. выхожу на улицу. волоком волочусь, испытывая отвращение как от вида своего тела, так и от голоса. я решаю свести концы с жизнью, поскольку страдание невыносимо. насилие мне претит, но доподлинно знаю, что для того, чтобы умереть, достаточно просто заснуть, отключиться. мещерская лесопустыня – самое подходящее место. она манит меня стаями диких щенков, красою постиндустриальной саванны. умереть так и не получается: призрак насилия бредет за мной по пятам. горькие химические слёзы падают на песок. придётся жить

@темы: part 6, neuroalchemy

15:06 

Нейроалхимия.

C11H14N2
5


ты что, наркоман что ли?


недавно я понял, что являюсь любителем сильных ощущений. у меня не получается долго прозябать и тем более страдать сверх меры. как только боль становится невыносимой, находится способ каким-либо образом выбраться из этой петли.
после того, как всё моё внимание было возвращено на пути жизни, простые человеческие радости создали вокруг меня широкий энергетический кокон. дисциплина освободила волю и очистила внутренний взор. моей устремлённости хватало теперь на то, чтобы всегда снимать ботинки, начиная с правой ноги и не обманывать себя по мелочам. я обрёл ясное видение тех потоков, в которые оказалось вовлечено моё тело и мой разум. и это было уже не интеллектуальное постижение.

после моего решения прекратить опыты с наркотиками многое в моей жизни изменилось. я, можно сказать, кожей ощущал, как с каждым днём увеличивается та самая нервная энергия, которая напрочь вышибается недельным марафоном. я вступил в новый цикл и не чувствовал нужды ни в каком внешнем допинге. наконец-то я стал уделять больше внимания своему телу, своему формальному образу мысли, образу жизни. диссоциация дала мне очень много, но многого и лишила. я стал хуже запоминать сны, зато научился избавляться от ненужных эмоций. я научился кое-что себе прощать.
поквантовый план связывания распадающейся в тепловом угаре структуры выходит из зоны риска в пространство устойчивого подвига. упражнения в оккультных науках возвращают меня в алгебраическое отрочество, помогают увязать мою последовательность с дичайшим абсурдом. мне не приходилось так глубоко погружаться в дифференциально-интегральный анализ с тех пор, как я взломал kafkaNet. черная магия остро отточенной экспоненты, генетика LEGO
очищаю магистрали духа - деятельной силы, заставляющей лягушек ловить комаров, а Иисуса тащить крест. прохожу курс интенсивной терапии, отделяю толерантность от апатии, залатываю пробоины и стоки, счищаю асфальт с души. так медитативно-равномерно проходит ГОД.


весна разгорается изумрудным, в воздухе чувствуется пыльца.
видимо, я получаю максимальное удовольствие от жизни, тратя скопленное. неужели это мазохизм?
после более чем полугодового воздержания от психоактивных элементов молекулярной карты, продолжительных занятий шаманскими практиками и прилежной учебы на кафедре нейродинамики, я отправляюсь в Петербург. три раза я копил деньги и три раза спускал их на всякую чушь. всё же я достаю около 80$, продав половину оперативной памяти и прыгаю в поезд. я взял с собой маленький пакетик оттяжной травки и пипетку, необходимое приспособление для курения. самарский поезд идёт больше суток. я провожу время весьма нескучным образом, периодически подкуриваясь коноплёй.
12:12 Московский вокзал. СПб. я еле стою на ногах. солнце засвечивает глаза. покупаю обратный билет на послезавтрашний вечер, что весьма неробко, учитывая, что в Петрограде не одной души не знаю, сдаю вещи в хранение.
эти улицы, знакомые по десяткам прочитанных книг, погружают меня в магическое состояние. Питер - город магов. здесь даже бомжи больше похожи на хиппи. белые ночи и расстрелянное небо – чёрные клочья на серебряном фоне. одухотворенно топаю по Невскому непонятно куда. ноги сами заводят в аптеку, руки сами достают деньги, рот сам произносит: "четырегликодинапожалуйсто!". оглушенный собственным поступком, иду пить сироп. по полбутылки пил я сироп. да, каждые 40 минут пил я сироп. сигма. выпив полторы и докурив остатки плана, отправляюсь в путешествие по залитому молоком городу. только успеваю выйти из двора, как ментоловое дерьмо вываливается из моей глотки наружу. вытираю рот рукавом, улыбнувшись, отпиваю глоток воды. не своим голосом спрашиваю мимо идущую божью старушку: "как мне добраться до Невы, до набережной невской?". получив подробнейший рапорт вкупе с расписанием развода мостов и тут же всё растеряв, иду в указанном направлении. по дороге встречаю компанию улыбающихся молодых мужчин, смутно догадывающихся о моем состоянии, доходим вместе до прилегающих к Эрмитажу чорных улиц, расстаемся с улыбками с их стороны и оскалом с меня.
зажигаются фонари. кирпичи молчат. через пару минут встречаю длинноволосых неудачников с окраин, пытающихся сделать друг перед другом вид, будто они цепляют девчонок на вечер. посмеявшись над абсурдностью их ужимок и метаний и перехватив пару глотков портвейна, я увлек их в пучину собственного безумия, пообещав, что уж девчонок-то снять - дело проще некуда, я, мол, без проблем это вам щас устрою, "только пойдем в людное место, а то здесь ни хера народу не ходит". они бродят со мной до тех пор, покуда дождь и страх опоздать на метро не сдувают их прочь. за это время я успеваю выпить еще бутылку-полторы. в результате я выхожу-таки на набережную. здесь просто неправдоподобное количество людей! они празднуют свою жизнь. я ложусь посредине перехода напротив зимнего дворца

линейность начинает ветвиться, ничего, не в первый раз

wish you were here, android. холодная туманная роса, сфинксы и дебаркадеры. мои кружения по магическим аркам и набережным выводят меня к поднятому дворцовому мосту. на чугунном заборчике сидит полузамерзшая девушка, похожая на персонаж бунюэлевского фильма. Kate, где же ты сейчас?
- как мне дойти до Русского музея? - идиотскость высмаркивается от абсурда в кулак.
- что прямо сейчас?! отлично, дай руку пожму!
- погоди, соплю только вытру!
- давай уже!
незабудки в складках памяти, немецкие подслушивания и призрак Тома Йорка. Васильевский остров радует гидрофобными граффити и русским кичем, разобранными путями и раскуривающимися студентами. пока мы доходим до её дома, она успеет пересказать мне миллионы историй. дождь превращается в ливень.
- ты любишь грибы?
- мы должны еще раз встретиться. мне надо тебя сфотографировать.
- пойдём ко мне, только не подумай лишнего!
- не хочется тебя напрягать, какой sex, о чем ты, мы же не подростки!
- но не только ведь подростки занимаются sexом!:) - неумелый флирт над моим измученным мозгом, над моим фригидным вниманием и вот я с запиской в руке встречаю новый день.
пока доезжаю до вокзала, засыпаю в зале ожидания и дропаюсь лбом об пол. пожилые сектантки суют мне намоленные бумажки, приложи, милок. vrode помогает. помогло.
с утра выхожу на улицы. денег осталось рублей сто. пробую пить сгущенку, выбрасываю - строго на хуй, лучше уж голодная смерть! чтобы занять время отправляюсь в Русский музей. едва дожидаюсь открытия и падаю в снега врубелевского "демона летящего". идиотская попытка встретиться с Kate в 19:00 "на Гостином дворе" не оканчивается ничем – это же надо было так тупо назначить встречу. три минуты на эскалаторе вниз. поющие "мушкетеров" выпускники в белых рубахах с бутылками шампанского в руках. рядом пьяная пара: она бьет его по щекам. “ещё, еще,”- просит он. на ее лице выражение тупой радости, удивления и самовлюбленности. потом они целуются.
поиск призрака Амели приводит меня через чернющие воды Мойки, омывающей мои натруженные ножки и добродушных патрульных, через "отвертку" с камнями до милицейского поста на втором мосту:
- господа, как добраться до института Аэрокосмического Приборостроения? – спрашиваю я полуночных постовых
- пил вчера?
- ага!
- водку будешь?
достаю из рюкзака кружку, падаю в этил. один из милиционеров, как оказалось, только сегодня защитил диплом в том самом институте, где котором учится моя ночная знакомая. искушает ночлегом в казарме, мы идём к нему. оставив полбутылки, он скрывается в своей судьбе, оставляя меня на подоконнике Мариинского театра. постояв 10 минут, захожу в скверик: 8 утра, Римский-Корсаков и две джокондподобные проститутки мирно потягивающих баночное пиво рядом с ним. сознание-восприятие рябит. завязываю непринужденную беседу/достаю кружку/выпиваю водки/дыра в памяти/выпиваю водки/дыра в памяти/брусчаточная амнезия
очнулся я на ходу. рюкзака нет. денег 8 рублей. времени 12 с чем-то. ощупываю лицо, половины нету (видимо свез об асфальт). пробую зайти в вуз какой-то умыться. охранник гонит прочь, говорит, начальство бла-бла-бла, но это меня не сильно выстёгивает. чувствую себя прекрасно. умываюсь свежей дождевой водой. поискав еще институт Аэрокосмического Приборостроения, побродив по острову, нахожу то кафе, где оборвало память.
- рюкзака чёрненького не видели? – спрашиваю у бармена
- такого? – по его ухмылке понимаю, что он явно знает о случившемся больше меня
- о, респект! :)
обрываю звонки в сотнях квартир на Васильевском в поисках Амели питерских мостов, но всё тщетно. на метро денег нет. иду до вокзала пешком. вездесущие зрачки собирают свет. начинаю чувствовать усталость, хочется уже спать, не знаю, получится ли. выпрашиваю у проводницы перекись и заливаю лицо. ласочка-спутница, усиленно кормит меня творожными блинами, и слушает мои откровения по поводу шаманского видения мира.

по приезду я понимаю, что потерял день. у меня сегодня экзамен по Теории Сигналов и Цепей. я с трудом могу говорить. приезжаю к Кволифосте. дверь открывает его мама.
- Витя, что с тобой, почему ты не на экзамене? Что у тебя с лицом?
- Лариса Павловна, я заболел(
выпрашиваю у этой святой женщины сотню денег и еду в универ. экзамен все уже сдали. вижу светящегося Кволифосту
- фига себе, ты жив!?
- да, есть немного, как экзам?
- отлично!
- Саша, какие планы на сегодня?
- да в принципе свободные, а что?
- как на счёт молока?
- …
не будь дураками, мы отправляемся к планетарию, который располагается на территории мужского монастыря. в эзотерической среде NN это место снискало славу самой большой плантации дикой конопли. кусты сплошняком состоят из соцветий женских цветков, наиболее пригодных в кулинарии. надираем с полпакета и, проехав в благоухающей каннабисом маршрутке, добираемся до Гордовской кухни. там уже собрались наши друзья: Илюша и Тоник. общими усилиями за пару часов мы приготовляем высококалорийный десерт: конопляное молоко. терпкий сладкий ни с чем не сравнимый вкус. все в предвкушении. стены окрашиваются в желто-зеленые тона. несмотря на настежь открытые окна, еще в подъезде начинаешь чувствовать густой сладкий запах.
- тоник, это не гашиш, это жмых! не стоит его КУРИТЬ! сшей лучше плащ из зеленой марли!
полстакана теплого, ароматного молока, сгущенного-пресгущенного. теряю картинку, обретаю сухость во рту. одеваем самую нелепую одежду, которую только можем найти. ночь началась. желтый свет ласкает глаза рэйдиал блюр. я не рефлексирую по поводу собственного эго, мне по фигу, как вы меня воспринимаете. выпуклая тьма матово улыбается изнанкой. теряем ориентацию в пространстве, потом и память. моментальное помрачение рассудка. незнакомые полулюди, встречающиеся на пути, спрашивают дорогу и отсылаются в самом неожиданном направлении, серые тени шуршат со всех сторон. моё правое ухо как будто прислонено к зеркалу, а в зазеркалье ещё один такой же прислонился к нему, но уже левым ухом. наши уши соединяет ниппельный тоннель, становящийся все более широким и коротким. вдруг меня полностью перетягивает из того мира в этот, но доподлинно доказать себе это не удается.
теряю ощущение гравитации и превращаюсь в крохотную светящуюся точку, путешествующую в темноте. нет ни памяти, ни каких-либо ориентиров, лишь полная свобода перемещения в чёрной пустоте. Тоник теребит за плечо, пошли домой! меня выбрасывает обратно в тело. очень удивлён тем, что я человек. Горда превратилась в типи. я прирос к стулу. стул прирос к полу, я прирос к стене, я прирос ко всему, что на мне.
посреди комнаты ложусь на матрас. мурашки увеличиваются, перетекая во вдохи и выдохи. тело превратилось в макет супермаркета, геометрия рвет трёхмерку на клочья. я не могу встать, но курить, конечно, буду

@темы: neuroalchemy, part 5

00:59 

Нейроалхимия.

C11H14N2
4


жевать отрезанное веко, и расчесать мозоль хряща,
до этого до кости разодрав всю спину..


что было со мной до того, как я вспомнил и вспоминать не хочется. разве только уж самые первые свежие мозаики: узоры на морозном стекле, запах оранжевых листьев, скрип виниловой пластинки. путешествие в кроличью нору начиналось и безостановочно ещё и ещё продолжалось, а потом вдруг меня выкинуло, как кусок мяса, который ещё не успел умереть. помню как трое токсикоманов пытались отобрать у меня алюминиевый прут и как потом ярко улыбалось солнце. в тот день я чуть не утонул, научился плавать я лишь пару лет спустя уже зимой. помню как плавили свинец под сводами заброшенных заводов, как на великах вьезжали в речку, а потом курили вакуумные сигареты "Космос", развалившись на начинающем уже плавиться песке. помню запах угля, смешанный с танцем снежинок под фонарём, вкус клубники с молоком. потом все это надоело. надоело счастье, тело звало вперёд к большим скоростям и высоким напряжениям. меня гнуло, больно гнуло спустя некоторое время вплоть до моих первых смертей
как я перестал доверять догме? отец говорил мне, что курить не надо: "не кури, сына,"- а сам прикуривал одну за другой. это было в те дни когда моё время только начинало разворачиваться.
без счета, ты на пути самоудаления. остаточные явления на балансе удовлетворения. я испытывал терпение создателя, почти как сейчас, только ещё менее осознанно и начал уже разваливаться на блоки. прокаженный ищет ответ, есть ли бог или его нет. я не искал лекарства, я искал панацею. слишком усердно, чтобы в какой-то момент не затрещать по швам.

- Тоник, хватай его за руку, за другую! сейчас мы разорвём тебя! - кричит Кволифоста
- ааа!!! не делайте этого! злодеи блядь! - но они всё-таки рвут меня. и dx#\ разрывает то, что является моим сознанием. не могу понять где трава, а где асфальт и иду по какой-то тёмно-серой полосе. верх и низ пляшут, меняются местами, своей гадкой неопределённостью вызывая тошноту. я курю чёрную сигарету, а в это время Кволифоста шепотом орёт мне на ухо: "люди сатанеют, умирают, превращаясь в топливо, игрушки, химикаты и нефть, в отходы производства, мавзолеи и погоны. вижу ширится, растёт психоделическая армия!"
винтовка – это праздник, всё летит в пизду! я голый, если не считать белой простыни, босой. продираюсь сквозь заваленные пыльным сором привокзальные районы, как фримэн по пустыне, по внутренней пустыне. топчу босыми ногами привокзальную пыль.
- убери куклу!- сотни людей заполнили бетонный тоннель, а посреди его какая-то сумасшедшая неистово дрочит похожий на ребёнка куль. фиолетовая струя из Кволифостовского рта рикошетит от прозрачных дверей на входе в метро. вырываемся из подземки наружу. свет удивительно ровный матовый, но и резкий. блуждающая мысль не ограничивается размером головы, вытачивает новые миры.
конструктивизм и диссоциация – полюса одного поля. внимание петляет от фонаря к фонарю. слова саркастически выговариваются.
Я НЕ ЗНАЮ ЧТО Я БУДУ ДЕЛАТЬ ДАЛЬШЕ, НО ВЕДЬ НО ТЫ ТАМ РАЗГОВАРИВАЕШЬ ПО ТЕЛЕФОНУ, А Я ХОЧУ КУРИТЬ. ИНТЕРЕСНО, МАТЬ ШПИОНКА ИЛИ НЕТ? ПРОСТИТЕ НАС ПОЖАЛУЙСТА, лАРИСА пАВЛОВНА, ЗА НЕЦЕНЗУРЩИНУ. МЫ ВСЕГО ЛИШЬ бесполезное говно. Я ПАДАЮ, А ТЫ МНЕ НЕ МОЖЕШЬ ПОМОЧЬ!!!
ощущение пустоты посредине живота... воздух похож на кисель. меняя положение тела, секунду не могу понять, что произошло. воспринимаю себя как клубок пластмассовых трубок. картинка периодически смещается по какой-то случайной ломаной, устойчиво, цикл за циклом, и ничего нельзя с этим поделать, разве только закрыть глаза, разбрызгиваясь по обоям, стартуя в многомерье. ... это не кислотный полет, это диссоциация. дует ветер. вокруг какие-то рельсы, бетонные остовы, костры света. огромный котлован размером с девятиэтажку с бульдозером на дне. лай собак, песок, песок…дурацкий ебоватый junk. чёрный смех греет где-то в глубине. громыхание поездов – не пригодившийся билет в реальность. чёрные вагоны, бесконечные тоннели, недостроенные мосты, маслянистая вода. всем существом постигаю панельную красоту района. глаза не фокусируются и это надолго. вязко и пусто. как зябко свищет время!

новый вечер, вычитанный на behigh.org/inv рецептик требует реализации. захожу в аптеку. передо мной субъект лет 27 спрашивает инсулинку и нафтизин. расплачивается, забирает, уходит. через минуту вбегает опять
- вы у меня 2 рубля взяли, а не 5. у меня больше пятаков не было!
я в свою очередь покупаю три пачки ремантадина и одну упаковку цинаризина. парадоксальный диссоциатив, он же дешёвое лекарство от гриппа плюс средство от гипертонии. запиваю колёса Ессентуками и захожу к Кволифосте. встречаю там Тоника с Илюшей. они втроём уже видимо давно курят огромную трубку с коноплёй. мои ощущения от химикалий похожи на описанную Сартром тошноту. покурив ещё травы, решаем выйти прогуляться. мы идём по пустой вечерней Комсомольской площади – географическому центру NN.
- мы все умрем! да здравствует чёрный комар! – кричу я в ночь. моя экспрессивная артикуляция и ор привлекают к нам внимание свиньи.
- так, молодежь, что, отдыхаем? документы ваши можно посмотреть?
- да, конечно, вот у меня студенческий!
- в последнее время в районе участились случаи краж шапок. это не вы случаем бегаете, шапки срываете? – несёт ахинею страж.
несмотря на то, что у всех нас есть документы, два сержанта, видимо полностью охуевших от безнаказанности, ведут нас в отдел. к этому времени я уже вообще мало что понимаю – сказывается действие таблеток. один милиционер идет впереди, другой сзади, как по учебнику. обрывками сознании понимаю, что у Илюши с собой трава, так что ситуация начинает принимать дурной оборот. нас приводят в опорный пункт милиции Ленинского района. там нас без лишних слов обыскивают, ещё раз проверяют документы и, не предъявляя никаких объявлений, начинают по очереди снимать отпечатки пальцев. я понимаю, что это полнейший беспредел, но поделать ничего не могу. больше всего меня пугает момент, когда придётся называть свое имя, потому что сделать это у меня вряд ли получится – я не помню. слава богу траву не находят, а мои личные данные списывают с паспорта.
- да не бойся ты, всё в порядке, - участливо говорит лейтенант, намазывая мои трясущиеся пальцы графитовым порошком.
- у меня всегда так, - только и могу выдавить я.
через бесконечно долгие полтора часа нас выпускают. я прохожу три метра от крыльца и меня выташнивает отвратительно-желтой массой, в которой я узнаю свой полупереваренный ужин

вот уже зима, полтора месяца спустя. по колено в снегу масштабируем жидкости, заправляем бензобаки. сбрасываем звонки, пропускаем лыжников, петляем предельным циклом, падаем с сосен наземь, посещаем места индустриальных просветлений, путаемся в плейлисте, жжем провода.
- ты не человек, а набор многоугольников, - ядовито бредит одетый в хаки фашист, с которым судьба привела встречать новый год. во рту вкус пакета. сверху на меня пялится полуадекватная принцесса. её адекватность только в том, что она хотя бы может стоять /hello, I love you. let me jump in your game/ по поверхности кинескопа тащится Джим Моррисон. и я вижу, что в его кедах полно песка.

умение вовремя лечь спать – то, чего мне тогда не хватало. я не спал сутками. я не спал с девчонками. я любил умирать. по двое суток подряд, каждую неделю по два дня я не жил. покидая явь, иногда я сблёвывал отвратительную дрянь. я стал магом, повелителем времени Бесформенным. я застраивал планеты, потом сжигал их. я летал среди чёрных храмов и там, где вообще ничего нет. страх наполнил меня до края и исчез. или исчез я. сейчас точно вспомнить не могу, память нерегулярная. без трагизма не обошлось. жизнь не сдавалась, и Тау наслал на меня ужас. но до этого у меня отняли доступ к складкам незалёжной истины. помню очень испугался тогда, с тех пор я стал седой. тогда я не делился на внешнего и внутреннего, служил коммутатором оболочки. моё эго ничего не значило в этих раскладах. в те дни я повелевал, не оформляясь. всё это мракобесие питалось моей прожорливой любознательностью пока та не сгорела. страх – защитная реакция Вселенной от саморазрушения. ужас, ужас! кто бы мог подумать, что я окажусь здесь?

@темы: neuroalchemy, part 4

22:11 

Нейроалхимия.

C11H14N2
3


дед мороз существует,
только он маленький-маленький,
как кристаллик сахара


надо мной необычно яркое ночное небо. звезды размером с кулак, разноцветные, похожие на облака туманности. я не на Земле. на моих руках спит младенец. я не вижу его лица, да и не всматриваюсь. тишина наполнена музыкой, но эта музыка не снаружи, она внутри меня. музыка сфер, а может просто радость. рядом со мной, образуя круг сидит несколько людей. у многих из них волосы перехвачены лентой. посредине горит костёр. внезапно всё это исчезает и я оказываюсь в непроглядно-чёрном вакууме, чуть ниже меня находится моё тело, и кто-то очень сильно хочет ввинтиться в него и выкинуть меня прочь. становится страшно, панически страшно и я, напрягая все силы, отбрасываю его и просыпаюсь.
нет, это был не сон, а что-то большее. и не я знаю, что не получится просто так это забыть, перевернутся на другой бок и заснуть, хотя и очень сильно хочется. пытаюсь вспомнить всё что можно об астральных атаках и внетелесных опытах. наволочкой перевязываю ноги крест-накрест и замечаю на руке синяк размером со спичечный коробок. хотя точно помню, что когда засыпал, его не было. всё это мне очень не нравится. страх не покидает меня. в голову лезут многие мысли

инфляция 12% в год для человека - это не так и страшно. себя убить интереснее, чем другого, гораздо мультимедийнее. нищета - величайшее богатство. бешено тратить последние деньги, потому что и так мало, чего жалеть? я устал от этого. я устал тратить себя безрассудно, очертя голову. я хочу жить!

я попал в циклическую спираль бессмысленности и абсурда и выхода не видать. мучительное мелочное безумие, отвратительное затхлое, разрывает меня на клочки, уводит меня от меня. я вдруг отчетливо увидел как проживу безрадостный остаток своей жизни, сколько бы там ни было, уже не получая удовольствия и лишь все больше разваливаясь день ото дня. стоп. кто я такой есть? неужели я - это тело? после того, как моя суть, мой спирит покинет его, неважно, что с ним будет. тело прощай!
прикладной психоанализ оказывается на удивление действенным и силы начинают возвращаться. кое-как доживаю до утра и договариваюсь о встрече с Алвином. мой наставник-чернокнижник встречает меня с улыбкой палача.
- на что ты рассчитывал все это время? ты что, мультяшка что ли? бессмертный Багз Банни?
- он чуть не выбил меня из тела! смотри, у меня остался синяк, - на руке чуть выше локтя чернеет похожее на яблоко пятно
- в следующий раз пристёгивайся, когда твоя ракета взлетает! так что ты хотел от меня, - спрашивает Алвин
- совета, помощи! не знаю, как сказать, неужели непонятно?
- какого сорта?
- мне нужно усилить биополе, чтобы такая чертовщина не повторялась больше. я мог реально сдохнуть вчера!
- а чего ты хотел? раскачал своё восприятие и полностью обесточил себя всякими психоактивными препаратами. тебе следует как можно более внимательно отнестись к твоим полётам на Марс!
моё отношение к фармакатализаторам и без его советов претерпело значительные изменения. я понял, что в таком режиме я долго не продержусь и не только из-за проблем с телом, но и из-за проблем с головой.

отказаться от наркотиков оказалось нетрудно. у меня хватило толку углубиться в занятиях йогой и тенсегрити, которым до этого уделял мизерное количество внимания. я забрал вещи из того сквота на Сенной и переехал в квартиру неподалёку от универа. я вставал за полтора часа до пар, делал зарядку и бежал учиться. как и на первом курсе я не пропускал занятий. мои контакты с людьми ограничивались встречами на факультете. придя с учёбы, я делал очередную йогу и только после этого готовил обед. в те дни я не ел ни мясо, ни рыбу. после вечерних практик, заканчивающихся светлейшими медитациями, я шёл в город. перекатываясь и подпрыгивая, я уходил в ночь. рядом с моим домом находилось древнее кладбище, обнесённое красной стеной. мне нравилось бродить в его тишине. книжки Генри Миллера и ведическая кулинария занимали тогда мой досуг. я превратился в отшельника, ибо я очень хотел жить, точнее очень не хотел умирать. я копил силу и отваживался мечтать. бульон, curl, серый вихрь, несущийся, цепляющийся уже без зависти, поглоданный энтропией и, но все еще способный радоваться простым вещам, свободным как от тела, так и моего влияния. трафаретные дни, как по заказу, уже не нагоняли тоски. я полюбил их, спокойных, пресноватых, но живых моих докторов, ангелов реальности. той самой, которую искал, нашел, упустил и вот обретаю, хотя порой сторонюсь её, то вдруг понимаю, что ничего кроме неё и нет. на тот момент я полностью разочаровался в нейроалхимии

@темы: part 3, neuroalchemy

17:19 

Нейроалхимия.

C11H14N2
2


на самом деле нет "на самом деле"


меня будит вибро-телефон. вкрадчивый спокойный голос Кволифосты на той стороне возвращает в мир плотных вещей:
- ты вообще на лабы собираешься?
- иа нггх ха нггх ха гхха! а какой сегодня день? - для порядка спрашиваю я, ища глазами пачку "muratti"
- вообще-то сегодня день месяца! - говорит мой друг. по его голосу я понимаю, что он явно не в настроении болтать со мной сонным о всякой утренней рибозе
так, значит сегодня пятое мая, 05.05 да и год 2005, так что в целом очень интересный день намечается
- да, я приеду, без меня не сдавать!
- смотри протокол не забудь!
пранаяма малодушно задвигается до лучших времён. начинаю бегать по квартире в поисках подходящей одежды, запинаюсь за лежащего на куче тряпья незнакомого типа в тельняшке, тот даже не реагирует, видимо крепко спит. везёт! сам люблю поспать, так бы и спал, и спал, и спал.. всё, надо просыпаться! так, это что-то новенькое. помимо знакомого трэша посредине комнаты стоит урна, к которой прислонена батарея жестяных почтовых ящиков. помимо этой несуразицы на полу валяются отбитые зеркала и отломанные стеклоочистители от какой-то серебристой автомашины. нахожу на столе среди завалов пластика и стекла почти полную литровину пепси-колы, выливаю в неё щедро с полпузырька элеутерококка выпиваю сколько-то прямо из горла, кидаю бутылку в рюкзак и сматываюсь.
в лучах утренней радиации листья светятся зелёным изнутри. мимо пробегает чёрная собака с окровавленной головой, старушка в кислотнейшего вида оранжево-красном платке бормочет что-то невнятное и креститься. да, ну и встреча. отпиваю ещё своего бодрящего коктейля и прыгаю в пустую маршрутку.
в 11 утра всегда свободно. счастливый билет достался вошедшему передо мной розовощёкому курсанту речного училища, но я не парюсь. меня не покидает ощущение, что сегодня и так будет отличный денёк. мои разноцветные друзья Кволифоста и Лёша Пистолетов встречают меня ещё на подходе
- лаб не будет, что-то там с лазером у них внештатное. на кафедре переполох, все в панике, чуть ли не эвакуируют корпус!
- ты серьёзно?
- да фиг знает, а что, это так важно?
- не настолько, чтобы уделить этому ещё хоть секунду времени!
мы, обрадованные нежданной халявой и послаблением учебного плана, решили воплотить на практике давнюю идею о имманентном проникновении в суть вещей, а именно – слиянии с шаманским вьюнком ipomea
- camarados, как насчет LSA?
- где ты собираешься столько найти? в магазине цветов? нам надо пакетов 60 или больше, - для экстрагирования необходимо было много семян декоративного вьюнка. семян. именно семян
- неа, ни в каком магазине столько мы не найдем, надо смотреть на оптовых базах
мы покупаем газету с объявлениями о продаже всего чего угодно и не теряя времени находим адрес и телефон интересующей нас организации
– смотри: фирма "Мир Цветов", семена и живые растения оптом. и название весьма подходящее, гораздо лучше чем вот этот "Зелёный Великан" или вот: "Овощи без границ"
к сожалению ни в первой, ни во второй конторе не осталось практически ничего, всего около десятка глянцевых пакетиков с бело-голубым похожим на летающее блюдце цветком. не падая духом едем в "Овощи без границ" и затовариваемся по полной.
- что ты вообще знаешь про LSA? - спрашивает меня Алексей Пистолетов
- LSD – это диэтиламид лизергиновой кислоты, LSA – просто амид. по данным сайта erowid - это галлюциногенный триптамин, достаточно глубокий, но с тыщей побочек. пишут, что "холодный, не вызывающий эйфории психоделический водоворот" или что-то vrode того
- звучит заманчиво. ну что, куда поедем?
- Тоник звал на Горду, там сегодня не будет никого, можно стартануть там.
Лёша от поездочки отказывается, и мы вдвоём с Кволифостой отправляемся на встречу с Тоником. что вокруг, скажи мне друг? друга нет, нигде, отвечаю сам себе. в этом хаосе доподлинно непонятно ничего, но узнать об этом было нам в тот день не суждено. мы пытались разлепить себе глаза, но лишь исцарапали лицо. между вдохов и эмоций потеряли голоса..

что происходит в головах, душах и телах тех, кто не со скуки, не от протеста, не по приколу, а из какого-то трансцендентального волеизъявления, тайного приказа любознательного внутреннего путешественника приводят себя к иным граням восприятия, чем те, что предоставляет нам тёплый социум? это не выразить словами. подобные путешествия недолговечны, если считать по времени этого мира, но позволяют получить иной раз больше опыта, чем дала вся предыдущая жизнь. но не увлекайся, не капризничай, не жадничай с источником знания, а то он накажет тебя!

перед тем как съесть пару сотен семян, их необходимо тщательнейшим образом промыть, потому что для лучшей всхожести и прочих агрономических целей их обсыпают слабо полезной смесью из противопаразитных медикаментов и неорганических удобрений. попытка растолочь их не приводит к сколько-нибудь ощутимым результатам, а так, как у нас нет кофемолки, то приходится их жевать. семена твёрдые, похожие на гречку. поначалу вкус слабо ощущается, но после третьей-четвёртой ложки он становится практически невыносимым: приторно-вяжущий горький дурманящий, тошнотворный. подсознание понимает, что что-то идёт не так и меня начинает мутить.
немного потряхивает на входе. в белой прямоугольной комнате, с белыми обоями, белым потолком, белыми жалюзи до пола. лежу на широком мате, завернутый в тёплый плед. внутреннее и внешнее смущение заполняет меня, пронизывает крупнокалиберной дрожью и тошнотой, но это всего лишь начало
- Тоник, братишка, не переставай играть, иначе, наверно, я подохну!
- не вопрос.
ритм басовой струны – достаточная подпорка в моём состоянии. постепенно растворяюсь в этой вибрации, перехожу в интерференционный режим…………………….. ………..ис…че…заю………………………
я разлепляю глаза, уже в другой деревне, на берегу реки. в поле зрения проникает похожее на бабочку переливающееся пятно и тут же уплывает за левый край. ещё одно; исчезает. я не считаю их, просто наблюдаю за их каруселью. влиять на их у меня не получается. хотя вот, vrode это уже медленнее, почти совсем остановилось, но опять завернуло туда, откуда явилось: в никуда. пытаюсь встать, почти кубарем вываливаюсь на балкон, мир, как масло в паутине, как акварель. радуга царапает глаза. ничто человеческое мне не чуждо, но кто такой человек? с чем его едят? узнаю негаданно, где раки зимуют – там, где и мои бабочки, там где мамонты – во внутренней весне. чувства отделяются от мыслей. я вижу два потока, точнее даже два ротора, бесконечно огромных вихря. они перпендикулярны друг другу, и пересекаются лишь в одной точке. эта точка – моё внимание. эти кружащие вихри – мои мысли и чувства. мысли гораздо медленнее. они очень похожи друг на друга, только чувства несравнимо более быстрые, мгновенные.
я вижу то, что постигал умом всю сознательную жизнь – это похоже на дверь, вырубленную посреди отвесной скалы. я вижу её и знаю, что за ней, ровно как я знаю и то, что сейчас я туда не пройду. я вижу реальность, сам я похож на мешок картошки, выкинутый на её черном поле и мне холодно. я готов откусить себе палец прямо сейчас, лишь бы у меня осталась хоть десятая часть этой ясности. начинающие проступать вокруг предметы и детали полны весомого смысла. они своим существованием поют мне песни обо всём. катарсис. Илюша смотрит футбол, больше никого не осталось, все разъехались по домам..

я переродился. салатовое утро больно жжёт моё поистаскавшееся за ночь восприятие. жара не плавит, сухо жарит, заряжает. орать на желеобразный воздух, на страдающих мохнатых псов, на траву, на страшную зелень мира нет никакой радости. я часть пейзажа, кусочек паззла, отмеченный родинкой. мое подсознание раскачивает депрессию, но я готов. господи, я готов даже опоздать.
не помню, как проснулся. но вот я уже пью вторую коробку сока, пытаясь залить витаминами трещины в допаминовых деревнях. курить не могу, вчерашнее видение отражается во всех окружающих деталях. в первый раз тайна внешнего мира и сила самоубеждений слились, показав путь мага. я искал его очень давно и уже отчаялся найти, проглоченный математической пустотой диссоциации. но сейчас я не представляю, как именно мне следует дальше жить. что мне делать теперь? подобных скоростей можно достигать наркотиками, но тогда не хватит ровности и равновесия удержаться. закрыть глаза на это знание я не смогу, даже при желании.
- Саш, мы все автоматы, и довольны своими ролями, даже не замечаем их, - говорю я, но не узнаю собственного голоса. Кволифоста смотрит и молчит. вчерашние открытия не стали общими, я не чувствую в нём понимания, да и вряд ли это возможно. пластиковатый мозг нехотя реагирует на внешние возбудители и я морщусь от лучей.
- да, это так, но что толку? съесть психоделика, убедить себя в чём-то глобальном, а потом навесить на мир сотни уничижающих ярлыков – что из этого?
- я ни в чём себя не убеждал, и не убеждаю. нет никакого эталонного состояния, относительно которого другие – иллюзия. все миры равноценны, и тот, в котором ты сейчас находишься – самый реальный из всех. путешествуя по различным зонам восприятия можно получать информацию о мире – большом мире вокруг и мире твоего мозга.
- и как ты сможешь использовать эту информацию? ведь то, что ясно в трипе, совершенно неочевидно в трезвости. да те вещи, которые тебе удаются ТАМ, навряд ли получаться здесь. или я ошибаюсь?
я достаю пачку, смотрю на неё и убираю обратно в рюкзак. умом я понимаю, что он прав, и мне нечего ему возразить. пока нечего. кто я и что из себя представляю? третьекурсник-радиофизик, в наркотических путешествиях ищущий тайну мира? даже не смешно. я очень мало чего умею в этом реальном мире, как будто я здесь проездом. мой мир представляет нагромождение десятков метафизических систем и сотен книжек. моя реальность – конструкт. иллюзия. схема. мама, ты хотела этого? белый кролик проноситься мимо и с ходу прыгает в канализационный люк. под глазами влажно. похоже, что это слёзы. странно
- ладно, я поеду, посплю, - говорю я, отворачиваясь. мне не хочется, чтобы Кволифоста видел это
- смотри сам. уверен, что доберешься?
- сто за сто!

@темы: part 2, neuroalchemy

16:02 

Нейроалхимия.

C11H14N2
1


а ничто нельзя понять, так как не с чего начать


из того расслабления, когда уже не охота дышать, когда только и остаётся, что висеть в этом безмерном космосе до того, как нуль-infinity не кончит тобой, постепенно я прихожу в себя. медленно открываются глаза, сумерки становятся продолжением тела. ритмичный гул жизни, как стрёкот стрекозы, провоцирует каждую клетку биться в трансе божественного неистовства. медленно расширяюсь вплоть до зоны эрудиции. и шерстинка под столом не менее важна, чем обломанный ноготь. реальность моего прыжка быстро сходит на нет. встаю и разминаю затёкшие ноги. за распахнутым окном спокойно гудит город. сотни весенних влажных запахов и разноцветные пятна огней. я похож на шахту, которую с рёвом заливает вода. внутренняя пустота заполняется эйфорией тела и свежестью мира вокруг, потом мыслями. выхожу на балкон и закуриваю сигарету. тёплый ветер, с тобой можно помолчать
в последнее время я ощущаю себя как-то отстранённо и пусто. жизнь похожа на телерепортаж, и я лишь переключаю каналы. всё идёт своим чередом. достаю уже заколоченную травой папиросу, смачиваю её слюной и взрываю. рядом со мной на матрас с потолка падает кусок штукатурки. уже почти темно, но я намеренно не зажигаю свет, свет зажигается внутри. докурив, беру нож и не задумываясь режу по обоям: "ИЗМЕНИЛАСЬ ХИМИЯ МОЗГА". спиральное тепло проникает в душу и тело. winamp выбирает morcheeba и я с ним полностью согласен

в центре NN до сих пор осталось немало двухэтажных деревянных домов, уже заметно обветшавших, лишенных водопровода, заселённых шофёрами, татарами, мелкими бандосами и прочими маргиналами. дом в котором я живу вообще давно предназначается под снос - золотая земля на высоком берегу Волги. тут почти всегда есть электричество. за водой приходится ходить на колонку к мечети. кроме моей заселены ещё две квартиры. в одной живут финно-угорские гасторбайтеры, в другой – простые советские синяки. нашей хунте непонятно как достались ключи от четырёхкомнатной квартиры, заваленной старыми книгами и прочим хламом. на стене висит китель. в его внутреннем кармане – военный билет усатого полковника КГБ. в стеклянном серванте рядом с собранием стихов Маяковского стоят шахматные часы и побитые хрустальные рюмки. когда-то давно здесь жили люди. теперь живем мы. иногда
я надеваю джинсы и кеды, выпиваю стакан воды и выхожу из тёмной квартиры. ключ кладу в стоящий рядом с дверью холодильник "свияга". мало ли кому пригодится.
оранжевые фонари похожи на неподвижные шаровые молнии. навстречу идут люди. я не слышу их слов - в ушах постреливает drum'n'bass, но все понятно по мимике и жестам: им хорошо, так же как и мне. этим вечером я один. этим вечером я ноль. нет меня, обращайтесь к вышестоящей берёзе. запахи весны вышивают узоры: черёмуха, вишня, рябина, каштан. весна усиливает экспрессию, удлиняет вечер, просачивается в обувь. на набережной студенты обнимают студенток. умницы. так держать, вы всё делаете правильно, у вас всё будет хорошо. в паузе между треками слышу сзади голос:
- ненавижу я таких пидоров! все с длинными волосами, обвешаются всякой хуйнёй,- это он про меня судя по всему. кладу зажигалку в кулак. боже, если мне предстоит сегодня драться, то дай мне сил воплотить мою ярость! но ничего так и не происходит, всё уже произошло

параллельное изучение системы Таро и математического анализа на фоне углубленного курса диссоциативов принесло поразительные результаты. я на собственной шкуре освоил знания принципиальных схем квантового мироздания и неразрывности поля. со временем я проникся безличной энергией, родственной древней невозмутимой гиперборейской силе. неустойчивость старых, ещё родительских схем стала для меня очевидной. они сыпались, оставляя одиноко замерзать на негостеприимных окраинах бытия.
погружение за погружением я всё более приближался к безмолвному уверенному самоопределению. точнее сказать, я постепенно вновь обретал утраченное ясное, но уже оснащенный инструментарием вольного каменщика. всё это напоминает мне сейчас самозаписывающуюся хронику баранки, жаждущей исчезнуть, вывернувшись. поэтому-то я не ставлю точки, там где не надо. поэтому-то я не срываю листья

это история обо мне и окружающем. окружающественности. где я? непонятно. неизвестно. очень хотелось бы узнать. что я здесь делаю? иду по минному полю, которое зовется жизнью. пытаюсь выбрать траекторию наименьшей боли в своем поиске. смысла нет. есть лишь моя вера в него, точнее в возможность его существования. моя тропа провела меня по разнообразным местам. моя голова разрывается от информации!

я всегда любил различать узоры, даже когда ещё не знал, как это называется. подолгу маневрируя между описательными системами, предоставляемыми мне моей культурой, я попал в некую смежную зону. мне все труднее выражаться при помощи теперешнего синтаксиса. мои чувства быстрее мыслей, я порой не могу их передать даже близким людям. да что там людям, себе. пытаюсь распутать, отфильтровать те знания, к сетям которых имею доступ. это информация моего тела, моего мозга. моего космоса. познавая себя, я провожу мост к аппаратной части мира, к его закону. я бывал в разных местах, даже не упомнишь. не все вспомнишь. я часто летаю, спускаюсь в нижние миры. я выхожу в интернет без компьютера. у меня регулярно бывают состояния экстаза, то что называют тонким опытом. я вижу архетипы. никакого смысла в этом я не нахожу, кроме может быть того, что используя эту информацию на практике, есть шанс предвидеть причины порождающие неудовлетворенность, боль и слабость, ведь они не нужны мне в путешествии. никогда не стоит отрекаться от вещей, которые могут помочь, не требуя ничего взамен. таких вещей мало. я про них практически ничего не знаю. гораздо больше я знаю о тех, что могут продать тебе свои услуги, или одолжить. стоп. стоит оглянуться, ведь меня тащит по времени, неумолимо наматывает на него. пока не научился останавливать этот поток, приходится экономить ресурсы. нет, я не скупец, но и не мот, возможно кто-то думает иначе. если у тебя все под контролем, значит ты слишком медленно едешь

@темы: part 1, neuroalchemy

23:01 

Нейроалхимия.

C11H14N2
0


О, как не стремиться мне страстно к вечности и к брачному кольцу колец – кольцу возвращения?
никогда ещё не встречал я женщины, от которой хотел бы я иметь детей, кроме той женщины,
что люблю я: ибо я люблю тебя, о Вечность! ИБО Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, О ВЕЧНОСТЬ!
Заратустра.


- но знаешь, тут чего-то не хватает, какой-то маленькой детали..
- возможно, ключа?
- коллегам тошно уже от твоего стиля работы, сколько можно? каждый цикл одно и то же: никто не берется конвертировать твою информацию, это чистый яд. твои материалы стоят безумных денег, а в результате мы имеем нечто безупречно бесполезное!
- но ведь это работает!
- мистер, ты не в пустыне и не в дурдоме. не нужны никому твои алмазные иголки и консервированные культы.
- а как же ДНК-портал, это же весьма перспективный с коммерческой точки проект, очень дёшево и супербыстро?
- вряд ли получится протолкнуть его в Нити. использование твоего портала для межпланетного сообщения скорее всего не допустит профсоюз, контролирующий квантовые лифты, а для каких-то других экзотических целей всё же предпочтительней астральная проекция ну или мескалиновый вирт.
- Свами, я не могу понять, вы что, хотите уволить меня?
- тебе пора бы уже научиться ставить точки

полтора века назад не пришлось бы париться по таким пустякам, как карма-реализация, межгалактический этикет и проблемы загрязнения вакуума прана-реакторами. жизнь была не обусловленная донельзя. однако, в первые десятилетия XXI века уплотнения биологического ритма Земли привели к сближению нитей (или струн) реальностей, являющихся независимыми мета вселенными. это спровоцировало неконтролируемое осознанное уничтожение баз данных - информационный джихад и движение массового эскапизма - идеологический RAVE. тем не менее стало возможным объединение многомерных пространств сначала через прото-сплетение INTERNET, затем через нейронное спутниковое поле XANADU. по крайней мере так было в моей нитке. год от года объёмы транслируемой информации все увеличивались, постоянно непредсказуемо меняя морфологию Сплетения. количество информации превышало возможности восприятия и обработки.
после создания локального временного сканера изучение времени стало самым популярным направлением человеческой науки. конечно, сканер не давал единой картины прошлого и будущего, ведь в каждой нити существует собственный тензор времени. появилась необходимость во всестороннем прогнозировании при помощи данных, приходящих от исследователей времени из разных нитей. многие тысячи учёных открывались Самати в поисках знания о прошлом и будущем.
в начале XXII века технологическая эволюция на Земле практически завершилась. все принципиальные технические схемы, доступные на этой планете были так или иначе расшифрованы. исторический путь человечества заканчивался примерно в XXIX веке вместе со всей традицией биологической жизни. так гласила официальная карта времени. причиной этому, как это ни удивительно, явилась не война, а длительный кризис, сопровождающийся переходом сознания из биологических тел на другие носители, как правило на чёрные дыры.
изучение более поздних временных зон, вплоть до уничтожения опустевшей планеты разбухшим кровавым солнцем, не увенчалось успехом. считалось, что вероятность Исхода стремится к единице.
в то время я служил в одном из специализированных орденов Института Прикладного Конструирования Реальности и как раз занимался этой проблемой. вместе с натальными братьями из галактического центра мы неожиданно обнаружили одно парадоксальное сплетение. мифология данной версии вселенной состояла из чередования тоталитарных культов подавления с мерцающими псевдо-хаотиками. дополнительным фактором, обратившим наше внимание на этот трэд, было спиральное сгущение мощности на зеркала 2012, 3183 и нашего 2155 года от рождения Хесуса — 5-ой бодхисатвы. мы использовали финальный квантовый нейро-процессор «sun.sara» и проекционные мощи сотни с небольшим аспирантов-дзэнрю. нас, молодых практиков высшего посвящения, очень интересовали различные варианты влияния возмущения в этих узлах на комплит-эволюцию основного жгута реальности.
первичные нумеролого-астрологические выкладки будоражили голову, но сколько же нам пришлось откинуть побочных спиралей, с которых эта трина подключалась к нулю! геометрически она больше всего была похожа на смятую сигаретную пачку, со всех сторон как тонкими спицами проткнутую нитями основного пучка. складывалось ощущение, что реальность запуталась в собственной материальности и поставила на себе заплатку.
второй месяц я пытался добиться от модельной среды устойчивых режимов, но эта асимметричная опухоль как на зло выдавала либо серии высокоамплитудных пиков, достаточных для уничтожения пары галактик, либо вообще не проявляла активности. никакой конкретики, лишь коллекция различных вариантов апокалипсиса среди невозмущённого ничто. единственное, что радовало в этой ситуации, так это упругость «клубка» - если уж каким-то образом мы попадали в резонансы, то изгибались не только ближайшие мета вселенные в течение пары столетий, но и основные ветви Сплетения изменяли свое русло.
мой шеф Свами Шин Го Творожная Голова, не слишком поощрял мои изыскания в этом районе Сплетения.
- Зеркало, опять гоняешься за бабочками по минному полю? неужели не ясно, что подобные жёсткие нитки – экологический мусор демиурга, не более? ты тратишь лучшие годы на задачи, которые не под силу и Далай Ламе, а главное зачем? чего ты хочешь этим добиться?
- но босс, это же реальный research! во все времена, ещё задолго до того, как мир стал прозрачным, люди искали, пусть это было нелегко. когда ты точно знаешь, что делаешь, сомнения отпадают, и свинец превращается..
- ..в золото? ты же не сказочник, Зеркальце, ты учёный! пойми, веры одного человека, а ты человек! не хватит на то, чтобы перебороть волю творца!
- когда альтаирские колонии сфер вывели четырёхмерные спутники влияния на высокие орбиты, и поначалу казалось, что сам БОГ призывает сынов и дочерей на Небеса, только воля и решительность адмирала Скролындина спасла нашу нить от ответвления!
- хочешь что-то этим сказать?
- гуру, дай мне ещё месяц, подобная удача случается раз в воплощение. я нюхом чую, что там есть что-то по-настоящему интересное!!
- один месяц, Зеркало!
- аминь
уже через две недели моя жизнь круто изменилась. все это время я не вылезал из пара-нирвана кокона, не отключаясь даже во сне от шин анализатора. сегодня я проснулся с тяжелым ощущением, что вся эта разработка полная чушь и пора забросить амбиции конструктора и спроецироваться куда-нибудь в двадцать пятый - двадцать шестой век поближе к радужным баням в созвездии Кассиопеи. подышав минут пятнадцать пранаяму и выпив витаминного коктейля Шульгина, я решил просмотреть результаты ночных расчетов:

2012 – (млечный путь sol. ♀) – контрольное возмущение общественного порядка, заданное лабораторным путём, основной импульс – увеличение мощности инфопотока при помощи усиления связности, - это были начальные условия, которые я задал вчера ночью

2155 – (млечный путь sol. ♀) – активизация подспудного трэда. чек-сумма стационарна. возмущение гравитационного и астрального фона не обнаружено. вероятность перехода с текущей нити – 97,03%, - текущая вселенная стабильна! это же то, что я искал!

3183 - (млечный путь sol. ♀) – обнаружена колония человеко-приматов. ДНК- спектр человека. численность – 211 единиц

сказать что я обрадовался – ничего не сказать! это было открытием века, тем более невероятным в эпоху, когда, казалось, были найдены ответы на все загадки прошлого и будущего. в четвертом тысячелетие есть люди – значит и не только они, существует ДНК, резонансная антенна нашей планеты, а это переворачивает все представления о её будущем! все сомнения растворились в эйфорическом всепоглощающем потоке, в который превратились душа и тело. я не знал, верить ли глазам, возможны разные случайности, но «sun.sara» не ошибается, пройдет ещё 500 лет, но технология не изменится, это венец земной кибернетики – выращенный искусственным способом мозг. настала пора встретиться с шефом.
- сколько ты говоришь, 97 процентов? ты отдаешь себе отчет, что мы не можем на это пойти?! это же безумие! ты представляешь, что случиться, если мы не угодим в эти 97%? ты читал свой отчет?
- наша галактика испарится, как капля, попавшая на раскаленную сковороду! но это маловероятно!
- ты, Зеркало, явно не понимаешь, как в реальности принимает решения Комиссия Изменения Времени. 98,66% – минимальный порог достоверности. проекты, вероятность которых ниже пороговой даже не будут рассматриваться! и то с такими рисками связываются лишь тогда, когда неудачи при прыжке не вызовут глобального искажения русла. в твоём случае в прыжок вовлекаются миллиарды нитей, около 60% всей Ойкумены! это недопустимо!
- гуру, вы хотите сказать, что у меня мало шансов на синхронную перестройку согласно моих расчетов?
- Зеркало, у тебя их просто нет!
я понял, что мои шансы на изменение траектории течения Сплетения резонансным способом невелики, если не сказать большего. был ещё один вариант: самому на уровне сущности спуститься в окрестность 2012 года в контрольной нити и вручную воссоздать начальные условия эксперимента. иногда для отладки проектов приходится спускаться в модельный мир. в лучшем случае это какой-нибудь n-мерный пузырь с синусоидальным временем и лишенный гравитации. подобные условия позволяют «обернуть веретено» за минимальную фазу. количество ЦИ, необходимое для отладки вынашиваемого мною проекта-миссии оказалось слишком затратным даже для такой солидной конторы, как наш НИИ. умом я прекрасно понимал, что если я не проявлю достаточного упорства, то мою лабораторию в скором времени закроют и мои идеи будут вечно томится в темпорально экранированном хранилище Храма. что мне еще оставалось? я вошел в промежуточную медитацию, настроился на нужную нить и начал процедуру полной проекции. память исчезает постепенно, но необратимо, заполняясь отражением внутренней структуры нового тела. кто я? что это вокруг?

@темы: neuroalchemy, part 0

18:30 

MoonWalkers (2015)

C11H14N2
Лунная афера (2015)



От котиков, про котиков, для котиков. Как в старые добрые.

22:06 

GlitchArt.

C11H14N2
Mah gurl creates.


05:20 

Такаси Миике всем~

C11H14N2







00:26 

New Six-pack!

C11H14N2

All in good time

главная